Вильчур исчез в одном из кабинетов, мне пришлось ждать. Меня вызвали в другой. Лысый полицейский долго выспрашивал, что я видел, и мне пришлось повторять одно и то же несколько раз. Я притворился еще более глупым, чем на самом деле.
Комиссариат здесь был больше и лучше устроенным, чем наш в Рыкусмыку, полицейские казались выше и лучше обученными. Тот, что со мной разговаривал, подбирал слова осторожно, словно не хотел меня обидеть. Я потратил довольно много времени, чтоб прочитать собственные показания.
Подписался, и мне пришлось ждать снаружи, потому что Вильчура повезли в больницу. Я бродил по городу и в конце концов пошел на маршрутку.
Легница напоминает Рыкусмыку, который смог – дома с расширяющимися арками точно такие же, а башни церквей смыкаются под небом, словно ладони в молитве.
Я забрел на вокзал, где увидел призрак Сикорки. Он был старше, чем в тот день, когда мы попрощались, и очень исхудавшим. У него были белые глаза, и он на ощупь искал дорогу между стеной и человеком.
Я понял, что он вернулся в подземелья и ищет дорогу к солнцу. В испуге я пустился бежать. Опрокидывал урны и лотки с дешевыми книгами, а под конец опрокинул Вильчура, что пришел меня искать.
Он встряхнул меня и спросил, что случилось. Казался серьезно озабоченным. Я ответил, что всего этого для меня многовато и что я почувствовал себя плохо. Вильчур нахмурился, но на обратной дороге хорошее настроение к нему вернулось. Он все время повторял, что мы уделали Кроньчака с концами и что он уже не встанет.
Он не слышал моих показаний, но был уверен, что я отлично справился. Может быть, он был и прав. Хлопал меня по плечу, хотя и знал, что я этого не люблю.
Сказал, что хочет теперь меня отблагодарить и покажет кое-что особенное. Место, куда еще никого не водил. Я был уверен, что он имеет в виду свое жилище, но речь шла не о нем.
4Клуб для бизнесменов «Пандора» работал с середины девяностых. Когда-то здесь была сельская железнодорожная станция.
Уцелело лишь это здание, теперь выкрашенное в темно-розовый, и кусочек путей, ведущих в никуда. Когда-то город был далеко. Новые районы подошли почти к самой вывеске с полуголыми счастливыми девушками. Когда-то подростки из «Крестового похода молодых» торчали в засаде в ближайших кустах и фотографировали всех, кто входил в «Пандору». Кусты вырубили, малолетних крестоносцев побили, фотоаппараты поразбивали, на том все и кончилось.
