Когда у нас будет золото Батервелла и мечи Фреев, Харренхолл и Бракены не замедлят примкнуть к нам. Ото знает, что ему не победить… – Голоса удалились, и Дунк возобновил прерванное было занятие. Сын своего отца… о ком это они, не о сире ли Глендоне? Когда он завязал штаны, оба лорда были уже на другой стороне двора. Дунк едва не окликнул их, чтобы они обернулись к нему лицом, но вовремя воздержался, будучи одиноким, безоружным и сильно подвыпившим. Постояв и поразмыслив еще немного, он вернулся в чертог."
"Последнюю перемену убрали, и начались увеселения.
Одна из дочерей лорда Фрея весьма дурно сыграла на арфе «Два сердца бьются, как одно», жонглеры перебрасывались горящими факелами, акробаты кувыркались. Племянник лорда Фрея запел «Медведя и прекрасную деву», Кирби Пимм отбивал такт по столу деревянной ложкой. «Жил-был медведь, косолапый и бурый! Страшный, большой и с мохнатою шкурой!» – подхватил весь чертог. Лорд Касвелл упал носом в винную лужицу на столе, леди Вируэлл разрыдалась непонятно с чего.
Вино все так же текло рекой, только вместо красного борского теперь подавали местное. Так, по крайней мере, сказал Скрипач – сам Дунк, честно говоря, разницы не заметил. Лечебного вина с пряностями он тоже отведал: кто знает, когда еще доведется. Межевые рыцари, славные ребята все до единого, завели разговор о женщинах. Где-то сейчас Тансель? Ну леди Роанна известно где: спит у себя в Холодном Рве рядом с храпящим в усы сиром Юстасом, так что лучше о ней не думать. Вспоминают ли они Дунка хоть иногда?
Но он недолго предавался меланхолическим думам: из деревянной свиньи на колесах выскочили размалеванные карлики и принялись гоняться за дураком лорда Батервелла.
Надутые свиные пузыри, служившие им оружием, лопались с громким пуканьем. Дунк, много лет не видавший ничего настолько смешного, хохотал заодно со всеми. Сынок лорда Фрея выхватил у одного из скоморохов пузырь и лупил им кого ни попадя. Его смех, визгливый и донельзя противный, вызывал у Дунка желание отшлепать мальчишку или, того лучше, бросить его в колодец.
Если малютка и до него доберется, кто знает…
– Вот кто свадьбу-то сладил, – заметил сир Мейнард, когда воинственное дитя проскакало мимо.
– Как так? – Скрипач подставил пустую чашу слуге-виночерпию.
Сир Мейнард взглянул на помост, где молодая кормила вишнями мужа.
– Его милость не первый эту плюшку намаслит. Девица-то, говорят, согрешила в Близнецах с поваренком. Все бегала к нему на кухню, а братец как-то и прокрался за ней.
