Из случайно подслушанного разговора пленники узнали, что сначала их хотели поместить в городскую тюрьму, пусть и в отдельную камеру, но за то время, которое подъёмник неспешно поднимался вдоль отвесной стены, начальство поменяло мнение, и пленников привезли в большое белое здание, абсолютное безвкусное, по мнению дер Даген Тура, и «ну, да – четырёхугольное, зато… э-эээ… на набережной…» – по мнению Мерсы. Здесь им выделили довольно большой, неплохо обставленный кабинет и наконец покормили, поскольку есть то, что им принесли в Вонючем рынке, Помпилио счёл оскорбительным.
И алхимику запретил. На этот раз ужин доставили из неплохого ресторана, так что дер Даген Тур остался доволен. И даже заметил Мерсе, что «речная рыба тут прекрасна, и запекать её они умеют».
Примерно через час в камеру вошёл плотный среднего возраста мужчина в форме, отрекомендовавшийся «Бум-бум-бум», начальник городской Службы серифов Абергульфа» – его имени уставший и разомлевший от еды Энди не запомнил. «Бум-бум-бум» вернул Помпилио монету, посетовал на «ужасную ошибку, виновные в которой уже наказаны», и предложил переместиться в «более подходящее жилище».
Дер Даген Тур благосклонно согласился, и пленники переехали на прекрасную виллу, окружённую ухоженным садом. При этом двери в комнаты гостей не запирали, решёток на окнах не наблюдалось, а о наручниках, разумеется, и речи не шло. «Бум-бум-бум» попросил не покидать виллу, на что Помпилио поинтересовался:
«Моего слова будет достаточно?»
«Да, – кивнул начальник Службы серифов.
– Мне сказали, что вашего слова будет достаточно».
«Оно у тебя есть»."
"Мерса же всё это время благоразумно молчал, логично предположив, что теперь, когда то ли маски сброшены, то ли их принимают за кого-то другого, переговоры должен вести исключительно мессер.
Оказавшись в своей комнате, алхимик принял ванну, наконец-то смыв с себя морскую соль, упал в кровать, проспал двенадцать часов, а проснувшись, понял, как сильно устал за длинное вчера, которое началось в миллиардах лиг от Траймонго, в Северном Бисере.
Проснувшись, алхимик нашёл свою одежду вычищенной, а рядом с ней одежду местную – лёгкие светлые брюки, рубашки и сандалии, которые намного лучше соответствовали тёплой и даже жаркой погоде. Поразмыслив, выбрал для завтрака местное платье, вышел из комнаты и был препровождён на террасу, где его ожидал закончивший завтракать дер Даген Тур – за столиком, с газетой в руках и тоже выбравший местную одежду.
– Мессер.
– Мерса.
