Лапара была необходима, так что в данной ситуации Каминский все сделал правильно. Однако сам факт «отравления» предпочел скрыть. Судя по рассказам Левицкой, таблетки подсыпал ей кто-то из вашей семьи. Видимо, по его же указке заведующий молчит о том, что на самом деле произошло с девочкой.
— Так она была беременна или нет? — судорожно сглатываю я.
— Сто процентов нет, — отрицательно качает головой Пашкевич.
— Откуда такая уверенность? — прищуриваюсь с подозрением.
И в следующую секунду врач шокирует меня:
— Невозможно быть беременной, если ты девственница.
* * *Сам не замечаю, как меня захлестывают воспоминания о нашей первой встрече с Микой. Рыночная площадь Кракова. Смешная «туристка-бегунья», которая куда-то безумно спешит и врет напропалую. Кафе.
Отель…
— Мягкий ёжик, — шепчу Мике в губы и накрываю их своими. Завоевываю. Уничтожаю возведенные ею стены. Пресекаю попытку побега.
Хочу. До безумия. До нервного покалывания во всем теле. Впервые в жизни так остро и бескомпромиссно.
Поэтому толкаю Мику обратно в номер, захлопываю дверь за нами.
Прижимаю дрожащую фигурку к стене. Ёжик отвечает на поцелуй, настороженно, с интересом и как-то… скромно. Удивляет. По ее дерзкому поведению и не скажешь, что она такая нежная и хрупкая.
Девочка-загадка, но искать ответы нет ни времени, ни сил, ни желания.
Осталась только страсть, всепоглощающая и отключающая разум.
Мне нужна эта девушка. Здесь и сейчас.
Но Мика мычит что-то мне в рот, упирается ладошками в грудь. Легко толкает. И я поддаюсь, чтобы не спугнуть.
Недоуменно всматриваюсь в раскрасневшееся личико. Неужели? Она умеет смущаться?"
"— Ты слишком… торопишься, — лепечет Мика, а у самой голос срывается. Эротично так, что мозг капитулирует перед рвущейся наружу похотью. — Я не…
— Я тебя не трону, — язык несет какую-то чушь, пока тело бунтует и тянется к девушке.
Мика кивает, выскальзывает из моих объятий.
— Может, шампанского? — хрипло выдаю и откашливаюсь.
Ругаюсь мысленно. Как мальчишка веду себя с ней. Какого черта?
— Как хочешь, — пожимает Мика плечами и проходит в гостиную.
Опускается на диван.
Я, не прекращая пожирать ее взглядом, звоню на ресепшн.
Через минут пять нам приносят заказ в номер. Еще через две Мика сама разливает искрящуюся жидкость по бокалам. Протягивает один мне. Не сводя с меня голубых глаз, проводит пальчиками по своим губкам, сминает задумчиво. Мне и этого хватает, чтобы сдуреть. Осушаю бокал залпом, потому что в горле першит. А Мика свой отставляет.
