Покрываюсь мурашками, свожу ноги вместе. Прикрываюсь судорожно.
— Да что же вы так дрожите, Доминика, — сокрушается доктор и стягивает перчатки. — Пожалуй, успокоительные вам выпишу. В вашем положении нельзя волноваться, — и улыбается загадочно.
— Подтвердилось? — шепчу я, боясь спугнуть.
— Срок — около трех недель. Плодное яйцо визуализируется в полости матки. Уровень ХГЧ в крови соответствует сроку, — говорит Пашкевич, а я не могу слова его воспринимать.
Сердце скачет галопом, в горле пересыхает. Нервное перенапряжение не позволяет адекватно анализировать информацию.
Доктор прав: успокоительные мне не помешают.
— Так я беременна? — уточняю главное.
Я всю ночь плакала, мучилась от вернувшихся кошмаров, вскакивала во сне, толком не отдохнула. И сейчас плохо соображаю. Мне нужен конкретный ответ!
— Ну, конечно, — восклицает он и в ладоши хлопает. И хмурится, когда я дергаюсь от звука. — Обычно мы проводим УЗИ на более позднем сроке. И внешнее, а не трансвагинальное. Но в вашей ситуации это необходимо.
После кровотечения, лапароскопии и угрозы бесплодия вы будете под особым наблюдением…
Пашкевич продолжает вещать что-то, но его голос превращается в белый шум. А в моей голове зациклено лишь одно слово. Самое важное.
Беременна.
Нежно, почти невесомо касаюсь руками животика. Он такой плоский. Там точно кто-то есть?
— …остаются определенные риски, и мы не можем их игнорировать, — врывается в мое сознание голос врача.
— Какие риски? — сажусь на кушетке.
— Вы не до конца восстановились за эти три месяца.
В целом, на данный момент все в порядке, но… — потирает подбородок задумчиво.
Окидывает меня критическим взглядом, решая, можно ли сказать мне правду. А меня его пауза мгновенно выводит из равновесия.
— Что «но»? Говорите же! — чуть ли не прикрикиваю.
— Эндометрий тонковат. Не критично, но придется обратить на это внимание, — сообщает аккуратно.
— Чем мне это грозит? Я потеряю ребенка? — выпаливаю и рот ладонью зажимаю.
— Так, спокойно, Доминика! Пока ничего страшного не произошло.
Но вам придется чаще приходить ко мне на прием. Будем следить и наращивать, — подает руку, чтобы помочь мне встать.
Но я поднимаюсь самостоятельно.
— А это возможно? — спрашиваю с надеждой.
— Я выпишу вам гормональные препараты, — Пашкевич направляется к рабочему столу. — Вы же, со своей стороны, должны питаться хорошо, отдыхать и избегать стрессов, — пишет что-то на листке, а потом протягивает мне рецепт.
