Не думаю, что комиссии нужны все эти подробности.
– И все же, я хотела бы понять…
Договорить я не успела.
– Мы не будем обсуждать эту тему, – твердо произнес Стейн и добавил: – Можете идти к себе, София. Мне нужно поработать.
– Мне тоже. Поэтому простите, Рольф, но вам придется вытерпеть массаж, а после выпить отвар и прочие микстуры. К тому же, – пресекая готовые сорваться с губ жениха возражения, быстро пояснила: – Это поможет нам сблизиться, и вы не будете шарахаться от моих прикосновений.
Ну а что еще оставалось? Раз уж выдался такой удобный случай, я собиралась использовать его в лечении упрямого пациента.
И без разницы, в каком статусе это делать – медсестры или фиктивной невесты.
Стейн нахмурился, но возражать не стал. Молча выехал из-за стола и принялся методично расстегивать пуговицы рубашки. Без суеты, без спешки, не спуская с меня внимательных глаз. Тонкое полотно соскользнуло с плеч, обнажив крепкий мускулистый торс, и я неожиданно почувствовала, как сбилось дыхание.
Удивительно. Никогда не реагировала на обнаженных пациентов, а тут вдруг остро почувствовала, что передо мной мужчина.
Стейн взялся за ремень, и я очнулась.
– Я могу помочь, – отмахнувшись от нелепых эмоций, предложила жениху.
Почему-то ироничные нотки, с которыми я сама про себя проговаривала это слово, куда-то исчезли, и оно прозвучало удивительно серьезно.
– Не нужно, – отказался Стейн."
"Он медленно расстегнул брюки и снял их с помощью магии. Причем, я успела заметить, что его контур замерцал темными всполохами, а на месте разрывов резче обозначились пустоты.
И это снова заставило меня задуматься. По сути, человек с подобными травмами не мог пользоваться магией. Она в таких случаях попросту не слушалась. Так почему же Стейн с легкостью использует заклинания?
– Мне лечь? – По-прежнему не сводя с меня пристального взгляда, уточнил Стейн.
– Да, – кивнула в ответ и добавила: – Я помогу.
В этот раз Стейн не стал возражать, и уже спустя пару минут лежал на диване, умудряясь при этом не выглядеть ни больным, ни беспомощным.
Энергия, которая витала вокруг мощной фигуры, не позволяла и на секунду представить Стейна инвалидом. Казалось, что он в любой момент встанет и пойдет.
– Что же вы? Приступайте, – поторопил он меня, и я, очнувшись от короткого ступора, принялась за массаж.
И снова странность. Неподвижные ноги были теплыми, с сохранившейся мышечной массой и реакцией на раздражители.
