– Как скажете, Рольф.
– Нежнее, – глядя мне в глаза своим невозможно холодным взглядом, приказал Стейн.
– Как скажете, дорогой, – одарив его сладкой улыбкой, протянула в ответ.
– Так вполне неплохо, дорогая.
Стейн взял сигарету, поднес ее к губам и чиркнул зажигалкой. А потом затянулся и откинулся на спинку кресла, наблюдая за струйкой дыма, поднимающейся над тлеющим кончиком. И выглядел при этом так уверенно и спокойно, что я невольно забыла об его увечье, пораженная внутренней силой и несгибаемой волей, которая читалась в выражении глаз, в очертаниях губ, в четких и выверенных жестах сильных рук.
Все-таки удивительно, как быстро этот мужчина сумел перекроить обстоятельства под себя. Казалось бы, только вчера он настаивал на том, чтобы его оставили в одиночестве, а сейчас ведет себя так, словно наш вынужденный брак не доставляет ему никаких неудобств. Поразительная гибкость. И ведь даже загнанный в угол, он умудряется выглядеть хозяином положения.
– Рассказывайте, София, – приказал Стейн.
– Что именно?
Я с трудом заставила себя отвлечься от наблюдений за будущим супругом и вспомнила, о чем мы говорили до этого.
– Все. Где вы росли, кем были ваши родители, что вы любите, какие у вас предпочтения в еде и напитках. Можете добавить, какие книги читаете и каких цветов придерживаетесь в одежде. Конечно, в том случае, если это не форменное платье. Кстати, с этим тоже нужно что-то делать. У вас есть нормальные вещи?
– Что значит, нормальные?"
"– Приличное платье или костюм.
Впрочем, неважно. Я решу этот вопрос.
Лорд потянулся к переговорнику и снял трубку.
– Лейден-сквер, четыре двадцать, – бросил Стейн фонистке и спустя пару секунд, после характерного щелчка, произнес: – Лурье, мне нужен полный женский гардероб. Все необходимое, от белья до вечерних туалетов и обуви. Да. Размеры…
Стейн бегло оглядел меня и продиктовал:
– Рост сто шестьдесят семь рьенов, объем талии – шестьдесят, грудь – девяносто шесть, бедра – девяносто. Блондинка, белая кожа, зеленые глаза.
Да. К обеду? Отлично. Да, для невесты, – пояснил он, а в ответ из трубки донеслись эмоциональные восклицания. – Ну, вот теперь знаешь, – усмехнулся лорд и жестко добавил: – Все. Жду.
Трубка легла на рычаг, и Стейн сбил с сигареты пепел. Тот рассыпался в черной каменной пепельнице серым налетом и тут же исчез, сметенный магией, а я усмехнулась. Что ж, мои первоначальные выводы оказались верными – у Стейна богатый опыт по части женщин.
