Владимир, высокий мужчина с сединой в висках, громко смеётся над чем-то, что только что сказал Кирилл, а Ирина трепетно держит Ваню на руках, словно боится его уронить.
— Лиза, ты только посмотри, какой он у вас смышленый! — восторгается Ирина, вглядываясь в лицо малыша. — Так внимательно смотрит!
Лиза улыбается и ставит на стол очередное блюдо.
— Мама, это он просто обед хочет. Ему сейчас всё кажется интересным, особенно еда.
Мы сидим за длинным столом, уютно расставленным в просторной столовой. Через окна виден снег, укрывший окружающий дом лес, и серое зимнее небо.
Кирилл садится рядом со мной, хлопает меня по плечу.
— Мам, ты чего такая серьезная? Сегодня же праздник. Улыбнись.
Я пытаюсь выдавить улыбку, но она выходит слабой."
"— Всё хорошо, Кирилл, — говорю я. — Просто думаю.
— Ну ты и думай, но помни, что у тебя внук самый лучший, и это главный повод для счастья.
Кирилл подмигивает, и я не могу удержаться от легкого смешка. Он всегда умел подбодрить меня.
— За нашего Ваню! — громко объявляет Владимир, поднимая стакан с компотом.
— За Ваню! — вторят все, включая меня.
Но как только звучит звонок в дверь, атмосфера резко меняется. Мы все оборачиваемся к прихожей, и Лиза бросает быстрый взгляд на Кирилла.
— Ты кого-то звал? — спрашивает она, вытирая руки о полотенце.
— Нет, — отвечает он, поднимаясь. — Сейчас посмотрю.
Я отворачиваюсь, не придавая этому значения, но голос, который раздаётся через мгновение, заставляет меня застыть.
— Здравствуй, Кирилл.
Этот голос я узнаю сразу.
Гордей.
Я ставлю стакан на стол и пытаюсь дышать ровно. Зачем он здесь? Почему он пришёл?
— Что ты здесь делаешь? — голос Кирилла становится резким.
— Я хочу поздравить внука, — отвечает Гордей. Его тон ровный, но я знаю его слишком хорошо, чтобы не почувствовать напряжение. — И поговорить с твоей матерью.
— Ты в своём уме? — Кирилл понижает голос, но гнев в его словах явно слышен. — Сейчас не время.
— Кирилл, пожалуйста. Мне нужно поговорить с ней.
— Ты уже всё сказал, — отвечает сын.
— Если бы ты не был моим отцом, я бы тебе давно морду набил.
Я сжимаю руки под столом, чувствуя, как напряжение нарастает. Всё это происходит в каких-то шагах от меня, но я не могу двигаться.
Кирилл возвращается в столовую, его лицо темное от раздражения.
— Мам, он хочет тебя видеть, — говорит он тихо.
— Гордей? — спрашивает Лиза, растерянно смотря на мужа.
— Лиза, я разберусь, — отвечает Кирилл.
Я поднимаюсь, чувствуя на себе взгляды всех за столом.
