Но сейчас меня интересует не она. Настоящая паучиха притаилась совсем близко. Раньше она носила другое имя и выглядела иначе.
Глупец!
Мы оба глупцы, раз уж на то пошло. Логично было предположить, что тьмой тогда заразились не только мы.
Эта тварь умело притворялась все эти годы. Завоевала доверие. Объединилась с Дейре. Оплела все вокруг паутиной лжи.
Я аккуратно вырубаю Дейре и бегу к лестнице. Лишь бы успеть. Знаю, что один живой камень на медальоне еще есть, но не хочу снова ее терять. Забывать. Причинять ей новую боль.
Лучше сдохну, но она будет жить.
Пора платить по счетам, и я готов к расплате...
*****
...Из-под полуопущенных ресниц я наблюдаю за тем, как Лорана, уже полностью одетая, выходит из ванной. Затаиваю дыхание, все еще надеясь на чудо, но нет.
Она не подходит ко мне, вместо этого идет к двери. Останавливается и какое-то время стоит не шелохнувшись. Смотрит на меня.
Зверь внутри обреченно воет, дерет когтями по сердцу. Он редко показывается мне, особенно в последнее время, но с ней я слышу его всегда.
Он не хочет отпускать истинную. Требует остановить ее. Доказать, как сильно любит. Всю ночь напролет доказывать. Чтобы забыла обо всем, кроме нас с ним.
Но я молчу, хотя все явственнее ощущаю в душе разливающийся холод и мрак. Без нее.
За все ошибки рано или поздно приходится платить. За самые серьезные — тогда, когда ты меньше всего этого хочешь. Когда сполна познал счастье, почувствовал желание жить, а тебя вновь окунают в пучину отчаяния.
Знал ли я, что эта ночь будет для нас последней?
Да.
И благодарен Лоране, что она подарила мне ее, хотя я понимаю, как ей было трудно. Внутренности скручивает болезненным узлом, отчаяние кроет с головой, но я лишь сильнее сжимаю челюсти.
Это мое чистилище. Мой ад. И я войду в него с честью, как и подобает мужчине.
Знаю, куда она поедет — успел неплохо изучить ее за эти пять лет. Дом ее бабки в полном порядке — недавно отремонтирован, снабжен всем необходимым для жизни. В местном банке на ее имя открыт солидный счет.
Поверенный скажет, что это осталось от матери, иначе она не примет. Гордая — это я тоже знаю.
За ней будут присматривать. Она ни в чем не будет нуждаться. Это мой долг — мужчины, мужа.
Прощай, любовь моя.
Будь счастлива, но уже без меня.
Эпилог
Маленький двухэтажный домик мирно дремлет в рассветной дымке. Голубые ставни распахнуты, тихо покачивается белоснежный тюль на окне. В деревьях поют птицы, приветствуя новый день, который обещает быть теплым и солнечным.
