Черные молнии бьют в призрака, прожигают в нем уродливые дыры — тут, там. И мне больно смотреть на это. Больно так, как будто она до сих пор живая и молнии вгрызаются в ее живую плоть.
— Мамочка! — я бьюсь о невидимую прозрачную стену снова и снова. Думаю в этот момент лишь о том, что не хочу ее терять... так. Если это и есть искупление, о котором говорила Тара, то оно слишком жестокое. Она снова умирает из-за меня. Ради меня.
В какой-то момент мне кажется, что призрак поворачивает ко мне свое лицо, которого у него нет.
Смотрит на меня прощальным взглядом, а я смотрю на нее глазами, полными слез. А потом он буквально впечатывает себя в черный шар, обволакивает его белым мерцающим светом, заключая словно бы в кокон. Принимает на себя удар. И следом раздается оглушительный взрыв.
Молнии все-таки нашли свою добровольную жертву.
* * *Меня отбрасывает далеко в сторону, но я успеваю смягчить падение магией. Какое-то время лежу, ловя губами воздух, и пытаюсь прийти в себя. С трудом сажусь, фокусируя зрение.
Потом поднимаюсь, потому что ничего еще не закончилось.
Огромный холл академии напоминает филиал ада. Нет больше серых каменных стен с висящими на них портретами профессоров. Нет цветных витражных окон, в которые обычно попадают лучи рассветного солнца. Вместо солнца пол, стены и потолок заливает непроглядная тьма, вырисовывая новую пугающую реальность.
Она гораздо больше, чем была, словно бы пространство многократно расширилось, и мы вообще находимся не в академии.
Я вижу два застывших силуэта напротив друг друга.
Один из них — черный дракон, мой муж. Высокий мужчина стоит, широко расставив мощные ноги. Прядь густых черных волос небрежно падает на высокий лоб, брови нахмурены. Взглядом... можно убивать.
Он заслоняет меня своей широкой спиной от той, что качается в воздухе напротив. Сущность черного цвета с горящими углями глаз и руками, увенчанными острыми лезвиями когтей, мало чем напоминает теперь Иветту. И отчего-то мне кажется, что это и есть ее истинная душа — темная, страшная.
— Тебе не одолеть меня, — шамкая ртом с огромными клыками, произносит сущность. За спиной ее распахиваются огромные крылья, сотканные из тьмы."
"— Это мы еще посмотрим, — мрачно произносит дракон, оборачиваясь на меня. Вижу его чеканный хищный профиль, беспокойство во взгляде. — Лорана, ты как?
— В порядке, — отвечаю я, чувствуя, как в груди что-то отчаянно дергает, будто к сердцу привязали нить, второй конец которой отдали дракону.
