Для него мой отказ посетить Дурбор будет равносилен предательству. Почему? А очень просто…
Отказываясь от притязаний на трон в пользу помощника из рода Неран, первый министр ужасно рисковал. Ведь гарантий, что Рид сдержит слово и женится на мне, не было. Став королём, Рид вполне мог аннулировать помолвку и выбрать другую девушку, превратить мечты господина Форана в пыль. Но новый король отнёсся к старым обязательствам с уважением, более того — сейчас он готов представить свою невесту элите соседнего королевства, что, несомненно, сделает мою позицию нерушимой.
После этого приёма Ридкард не сможет отказаться от свадьбы ни при каких обстоятельствах. Следовательно, я обязана на этом приёме быть. Ради отца, для которого наш брак важнее всего на свете.
Именно эти обстоятельства заставили надеть то самое жемчужное платье, позволить горничной уложить мои локоны в высокую причёску и застегнуть на шее колье с голубыми бриллиантами. Потом стиснуть зубы, выйти из спальни и, поприветствовав их величество Ридкарда Первого сдержанным реверансом, вложить ладонь в его руку.
Пройти коридорами и залами, беспрестанно выслушивая комплименты наречённого, и замереть перед толпой государственных мужей, коим предстояло сопровождать монарха в этом путешествии.
Улыбка. Учтивый кивок, адресованный всем сразу и никому конкретно. Отдельный, едва заметный кивок отцу.
Папа держался поодаль, что соответствовало ситуации, но ничуть не способствовало моему успокоению. Очень хотелось, чтобы он стоял ближе, хотя бы в паре шагов…
— Малышка, ты готова? — спросил Рид шепотом.
"
"Безумно захотелось крикнуть: «Нет!» Но я улыбнулась и кивнула, а наречённый подал знак дежурному магу, и… началось.
Худощавый парень в чёрном камзоле шагнул к кругу портала и вскинул руку. Заклинание активации читал быстро и чётко, чем невольно напоминал прокурора со стажем. Повинуясь словам мага, контуры портала замерцали, а спустя пару секунд рисунок вспыхнул ровным синим светом. Рид сделал шаг вперёд, я, разумеется, тоже.
Где-то на грани слышимости раздался встревоженный голос кого-то из советников:
— Но господа! Что, если это ловушка?
Я мысленно сделала отметку — напомнить отцу, чтобы гнал этого умника в шею. Ведь на грамоте, доставленной из Дурбора, стояла личная печать их величества Вонгарда, а раз король поручился собственным именем, то ловушки быть не может. Это против чести! Советникам, равно как и мне, грамоту показывали, это несомненно.
Ещё шаг.
