Собираясь в дурборскую академию магии, я лишь простую ювелирку брала, украшений, подобающих случаю, и впрямь не имелось. Кроме злополучного комплекта.
— Не надену… — повторила уже спокойнее.
— Ты невеста короля Верилии, — напомнил Эросит. — Ты не можешь явиться на официальное мероприятие как оборванка.
А вот тут крыть действительно нечем. Подловил, зараза красноволосая.
Я выдохнула, призывая себя к спокойствию, и тут же новый вопрос поймала:
— Кстати, а где ты пропадала?
— Нигде, — буркнула я.
— И вообще… там чай стынет.
На этот раз мастер Эросит был милостив. Он сам взял за руку, галантно проводил к столику и помог сесть. Разливать чай, как ни удивительно, тоже красноволосому выпало. Вот только оценить ухаживания не смогла, потому что едва взялась за чашку, визитёр заговорил вновь. И голос такой ласковый-ласковый…
— Эмелис, куколка моя, так кто же он?
— Никто, — ответила я. Голос, хвала Богине, прозвучал ровно.
— Ну да, ну да… — протянул модельер.
А я не выдержала, сказала:
— Эросит, он меня предал.
— Что именно сделал? — тут же посерьёзнел собеседник.
Я отрицательно качнула головой и промолчала. Нет, этот рассказ за гранью доверия. Об унижении, пережитом в замке на озере, я никому не скажу. Никому и никогда. А в том, что касается Кира… просто не думать. Какая разница, почему он эти бриллианты подарил? Ведь дело не в них, дело в другом."
"— Ладно, куколка, можешь не отвечать. Но пообещать обязана! — Эросит дождался, когда всё моё внимание сосредоточится на нём, и лишь потом произнёс: — Обещай, что как бы там ни сложилось, свадебное платье у меня шить будешь.
Я закатила глаза и кивнула — куда же я от тебя денусь? Тем более сложится всё очень предсказуемо. Если только Ридкард не передумает…
После ухода Эросита я переоделась во вчерашнее платье и вознамерилась отправиться на поиски Рида, но напрасно.
— Их величество и ваш отец с самого утра в большом кабинете заседают, — руша мои надежды, сообщила Тильда.
И добавила виновато: — Видимо, очередное совещание.
Я такому положению дел не удивилась, но чувство досады испытала. А вслед за досадой пришло раздражение — иных предлогов, чтобы отделаться от общества госпожи Ларре, у меня не было, а раз так… день обещал быть трудным.
Выходя в гостиную отведённых мне покоев, я готовилась терпеть ужимки великосветской дамы и слушать бесчисленные сплетни, но реальность оказалась на порядок неприятнее.
