Даже роман в розовой обложке — те самые «Пятьдесят оттенков чего-то там», над которым графиня вчера от души хихикала, — отвлечь старушку не мог. Вот и цеплялась к внуку.
Мне было искренне жаль Кира, вот только успокаивать компаньонку я не спешила. Не из вредности, просто мои эмоции тоже к верхней отметке стремились. И повод нервничать был куда более весомым, нежели у Венты…
Когда стрелки стоящих на камине часов показали пять минут первого, остатки моего терпения рассыпались в пыль. Я закрыла и отложила учебник, невзирая на молчаливый протест Кирстена встала с дивана и отошла к окну.
Покои располагались на третьем этаже, вид открывался не то чтоб замечательный, но довольно интересный — заснеженный парк и город. Остроконечные крыши и сочащийся из печных труб дымок дарили ощущение какого-то особенного уюта, но…
— Эмелис? — позвала Вента взволнованно.
— Любимая, что случилось? — столь же взволнованно окликнул брюнет.
Пришлось вдохнуть поглубже. Потом ещё раз, и ещё… Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я нашла в себе силы обернуться и сказать:
— Госпожа Вента, простите, мне нужно поговорить с их высочеством.
Наедине.
Удивительно, но протестовать компаньонка не стала. Она просто закрыла книгу и встала, в явном намерении покинуть мои покои.
— Нет-нет, — поспешила остановить я. — Не нужно. Всего пара минут и… может быть, вы подождёте в спальне?
Хозяйка замка на озере кивнула и спустя полминуты скрылась за дверью, мы с Киром остались вдвоём."
"Боевик тут же поднялся, стремительно преодолел разделяющее нас расстояние, обнял за плечи.
Он был предельно серьёзен и хмур.
— Эмелис, что случилось?
— Я хотела спросить, из Верилии для меня что-нибудь присылали?
Вместо ответа боевик шумно вздохнул и крепко прижал к себе.
Ну вот и всё. Вот и всё…
Я запретила себе плакать, но слёзы всё равно проступили. Как же это обидно! Как унизительно!
Я — дочь Форана из рода Бьен, невеста короля, а они… они… даже ночную сорочку прислать не потрудились, не говоря уже обо всём остальном.
— Я могу воспользоваться почтовым порталом? — Собственный голос прозвучал незнакомо: очень тихо, очень глухо.
— Если хочешь, я отнесу письмо лично.
Я хотела.
Да, хотела! Потому что когда в качестве посыльного приходит принц крови, затянуть с ответом невозможно, а ответ требовался немедленно, сию секунду!
Кир вызвал Бетти, та спешно принесла бумагу, чернильницу и перо. А вот послание, которое было предельно коротким, я писала очень долго.
