Скорее всего меня, они часто косятся в мою сторону и улыбаются мне. Среди них та блондинка, что открыла мне дверь.
Присматриваюсь к ней тщательней. Аккуратный маникюр, длинные ухоженные пальчики с красными ноготками под цвет помады. От нее приятно пахнет, не сладкими духами, а чем-то нежным, воздушным. Волосы красиво уложены, волны ниспадают на плечи и щекочут кожу. Захотелось провести по ним ладонью, запустить руку и перебрать пряди. Взгляд направлен на меня, уверенно смотрит. Она знает себе цену.
Это всегда меня прельщало, такой тип женщин. Знают чего хотят и не стесняются об этом говорить. С ними не скучно в постели. Что мне и нужно. Конфетка с горьким послевкусием.
Ее подружка ретировалась, когда поняла, что лишняя в этом тройничке.
— Тебя как зовут? — я пересел к ней, музыка играет все еще громко, а кричать не хочется.
— Таня, — голос приятный, не писклявый.
— А я Глеб.
— Знаю, Марат много про тебя рассказывает.
— Этот придурок слишком много треплет, что не надо.
— Ну брось, ты ему дорог. Он всегда с такой теплотой о тебе говорит.
— И что же такого он обо мне говорит?
— Вы с ним гонщики, стритрейсеры. Часто участвуете в заездах, где соревнуетесь за приличный выигрыш. Ну и еще много что рассказывала. Про то, кто ты…
— И кто я? — откровенно флиртую с ней.
— Мажор, — она улыбнулась обворожительно и соблазнительно, слегка приближаясь ко мне.
Я засмеялся. Ну, Марат, ну точно придурок. Я почему то даже представил как он обо мне рассказывал и что именно.
— И тебя это ни сколько не беспокоит, я смотрю, — я так же ближе придвинулся к ней.
— А должно?
— Ни в коем случае, — допиваю третий бокал и с шумом ставлю его на стол. — Может уйдем отсюда? — смотрю прямо в глаза, прожигаю.
Она робко улыбается, отворачивается от меня. Пытается играть в скромницу, только я знаю, что это всего лишь образ. В голове сидит мысль, которую заложили ей подружки, что нельзя с первым встречным уединяться. Но меня это не останавливает.
Я далеко не джентльмен. Иду с напором, обхватываю ее за затылок и целую.
Чувствую, как маленькие ладошки уперлись мне в грудь, отталкивает меня, но недолго. Сдается под моим напором. Я углубляю поцелуй сразу, чтобы не думала, что буду ласковым и нежным. Это не обо мне.
— Глеб, — еще ломается.
— Вставай, — поднимаюсь с дивана и даю ей руку. Это не помощь, так я говорю следовать за мной.
Через пару секунд ее ладошка оказывается в моей.
