Адреналин в крови разгоняется, стоит мне просто положить руку на ручку коробки передач, а ногу на педаль газа. На нее еще нет никакого давления, не дали старт, а в крови коктейль эмоций, что с каждой секундой будет усиливаться.
Вижу Марата сбоку, он газует и провоцирует меня, как и всегда.
Три.
Два.
Один. Старт.
Глеб
До финиша чуть больше километра. Задница Марата у меня перед лобовым. Знаю, сегодня я второй.
Его радостный крик я слышу еще даже не открыв дверь. Он выскакивает из машины и обнимает бегущую к нему Лилю.
Картинка красивая. Они подходят друг другу. Оборачиваюсь в сторону Милы. Та просто стоит и загадочно улыбается, будто знает, что я сделал.
Ничего особенно. Просто уступил. Не поддался, ведь это слишком для эгоистичного человека.
На последнем повороте я открылся. Подставил левое крыло. Марат, хитрый лис, этим воспользовался. А я просто не стал маневрировать, давая чистую трассу без единого испытания.
Благородно? Да хрен знает.
Открываю дверь, и меня чуть не сносит Марат. Набрасывается на меня, хорошо не чмокает.
Этого бы не пережил.
— Друг, Глеб! Это было невероятно! Черт, я просто в шоке. Как ты мог так открыться, а? Ну ведь шел первым, я был уверен, что опять, сучонок, придешь первым. А ты, — он пригрозил мне указательным пальцем, якобы ругает.
— Я сегодня просто был не в форме.
— А знаешь, что?
Смотрю на него вопросительно.
— Давай сюда шлем.
— Опять?
— Да, да. Давай.
Он выхватывает мой и отдает свой.
— Теперь все правильно.
Смотрю на зеленый шлем.
Немного потрепанный. С надписью “Мы с другом вновь сошлись на трассе. Я, как и он, сегодня нервный.” Поднимаю взгляд. И я бы не сказал, что он дружелюбный.
— Ты меня, конечно, прости, друг мой наидрожайший. Но сегодня кто первый пришел? Правильно, я. Значит, и слова мои.
— Ты просто ошибся, когда все это писал.
— Зато от чистого сердца.
И уходит, насвистывая себе под нос какую-то мелодию. Лиля с ним, оборачивается к нам, улыбается и ведет плечами. Я в полном шоке. В руке так и остался его зеленый шлем, как напоминание о друге-придурке.
Мила рядом хихикает. Трется об меня, как кошка.
— Марат! Лиля! — окликает их Мила. Начало второго действия, я полагаю.
Те двое обернулись, переглядываются.
— Поехали к нам? Отметим твою победу, — осеклась на секунду, — и день рождения Глеба.
— Да! — Марат возвел руки к небу в благодарном жесте.
А у меня снова шок.
Мы едем в машине молча. Мила сидит и смотрит в окно, думает о чем-то своем. Иногда шумно вдыхает.
