А боль способна уничтожить всех вокруг… Я уже не помню, почему так важен Нероальдафе, зачем нужны фьорды. Я все забыл. Я хочу лишь убивать… Хочу уничтожить этот город, по которому ходила Лив… Хочу разодрать Ирвина… Хочу утопить в крови всех… Даже себя.
Человек почти не властен над зверем. И остатками разума я заставляю хёгга оставаться на месте…
Тяжело…
Больно…
Я хрипло дышу, зарываюсь в золото, жду…
Когда станет хоть капельку легче.
* * *Данар не соврал. Меня перевели в небольшую комнатку, поставили у дверей стражу.
Но зато действительно дали все, что я просила. Первым делом я захотела узнать всю родословную местного риара. Мне притащили свертки писчей бумаги, перья и чернила, а также приставили парнишку, обязанного отвечать на все мои вопросы. Юный Бьорн числился в Аурольхолле скальдом — шутом и потешником. Все потому, что уродился мальчик горбуном и оттого не мог держать ни копье, ни топор. Зато уже с детства демонстрировал впечатляющие умения в искусстве сложения букв и песенок.
— Таких, как я, фьорды не жалуют, — ухмыльнулся парнишка.
Светло-серые волосы торчали на его голове спутанными лохмами, пальцы потемнели от чернил. — Если человек уродился с горбом, значит, его родичи прогневали перворожденных хёггов, оттого и наказание. И таких детей лучше отдать в жертву морю.
Я покачала головой. Да уж, о гуманизме здесь и не слышали!
Правда, сам Бьорн мало походил на ущербного. Живой, веселый, всюду сующий свой нос подросток, которого очень интересовало, чем я занимаюсь.
Не сдержавшись, я потихоньку показывала ему, как умножать и делить цифры, чему мальчик радовался, словно прянику. Счетоводы в Аурольхолле ценились и жили сыто.
— А это зачем? — он снова сунул перепачканный чернилами нос в мои чертежи.
— Это генеалогическое древо твоего риара, — улыбнулась я, обмакивая перо в чернильницу. — Не отвлекайся, пожалуйста. Расскажи теперь о Вахенди, что родила мать Данара.
Писчий важно надул щеки и начал говорить. Я же чертила ничего не значащие линии и думала.
Как ни странно, но мое нахождение в Аурольхолле оказалось величайшим подарком мне, как исследователю. Под предлогом изучения семьи риара я могла задавать вопросы! Хотя на основные — про кольцо Горлохума, хёггов и их способности — Бьорн отказался отвечать наотрез, испуганно залепетав что-то про гнев перворожденных.
Но зато я получила возможность изучать историю Аурольхолла и самих фьордов!
— То есть прекрасная Вахенди тоже была снежной, так? — уточнила я.
