Наверху снова блеснуло, и сквозь пелену воды я увидела лицо Сверра…
И тут же смертельные объятия исчезли, а я вынырнула, жадно хватая открытым ртом воздух.
Ирвин возник рядом, окинул меня насмешливым взглядом, раскинул руки на противоположном бортике колодца.
— Рад тебя видеть, Сверр, — без доли смущения сказал он.
Сверр смотрел сверху и молчал, потом качнул головой и посмотрел на мужика, что топтался рядом.
— Еще раз узнаю, что мой приказ нарушен, отправишься на корм волкам, — негромко произнес Сверр.
Золотые глаза сверкали, хотя лицо оставалось равнодушным.
— Но Ирвин-хёгг приказал… — начал мужик и осекся под обжигающим взглядом. Вжал голову в плечи.
— Ирвин. Ко мне, — бросил Сверр и, развернувшись, ушел.
Ирвин задумчиво посмотрел на меня, а потом неожиданно нырнул и пропал. Его одежда так и осталась лежать возле колодца.
— Вылезай, чужачка, — хмуро велел мне мужик наверху. — Хватит хёгга дразнить. Шибко он любит, когда дева в воде болтается… Все это знают.
Лезь, я не смотрю… Ну тебя в пекло Горлохума — смотреть… Потом бед не оберешься… Раз уж хёгги злятся, лучше в сторонке стоять и не вмешиваться… А риар-то вовсе в бешенстве, уж я-то вижу…
Мужик еще что-то бормотал, стоя ко мне спиной, я же подтянулась и выбралась на горячий камень. Стянула мокрое белье, решив, что терять уже особо нечего, вытерлась тем самым полотняным плащом, что был на мне до прихода сюда. А потом бессовестно натянула на себя штаны Ирвина и его теплую рубашку без рукавов.
Все это подкатала, подвязала, укуталась в плащ с белым мехом.
Мужик крякнул, когда повернулся и увидел меня.
— Ох, дурная ты, чужачка! Ну да ладно, дурные все равно долго не живут.
— Это с пневмонией долго не живут, — ответила я, засовывая ноги в мужские сапоги. Огромные, конечно, но лучше, чем босиком. — И с воспалением легких. И без антибиотиков. Вот есть у вас антибиотики? Я так и думала. А я все это точно поймаю, если начну разгуливать мокрая и без одежды.
Куда меня велено отвести? Снова в кладовую?
— Топай уже, — удивленно отозвался мой провожатый. — Дурная, говоришь не пойми что… да еще и болтливая. Ничего. И болтливые долго не живут.
— У вас тут вообще хоть кто-нибудь живет? Или всех перебили? — не стерпела я. Мужик не ответил, но я заметила скользнувшую по его губам усмешку.
Глава 16
— Стойте! — попыталась я воспротивиться возле знакомого чулана.
