Пусть белье и отличалось высочайшим качеством, но подобное можно приобрести и в других магазинах. А вот тайну, шик, некую атмосферу принадлежности к чему-то особому – нет. Поэтому мужчины покупали своим прелестницам белье «У Лессы», а дамы полушепотом хвалились нежнейшими кружевными изделиями.
Конечно, лесса Сесилия вряд ли слышала про этот магазин. Зато о нем знал Бардок.
Он весь вечер наблюдал за гордячкой. Как она сдерживала себя, прикусывая губу, чтобы не ответить на его очередной выпад. Ему нравилось видеть, как темнеют от подавляемой злости ее глаза и приобретают оливковый оттенок.
Прекрасный, чудный. Зовущий.
Как тяжело и рьяно начинала подниматься ее грудь от переизбытка эмоций.
Пока они сидели в ресторане, Алекс постоянно представлял, что будет, когда она снимет чертово платье, и он увидит, как на чаровнице сидит купленное им белье!
Поэтому, придя в номер гостиницы, он сразу обозначил свою позицию:
– Я хочу посмотреть на тебя. Раздевайся. Полностью.
Его малика ожидала каких угодно слов.
Но не этих.
Мгновенно вспыхнула. Глаза потемнели, щеки же, напротив, заалели.
– Прежде чем ты меня отправишь к праотцам, – лениво продолжил Бардок, не позволив ей вставить и слова, – я хочу напомнить о предстоящей сделке. Неужели ты или ты с кузиной, или твоя кузина – тут вы уж разбирайтесь сами – решили лучше все же склониться к первому варианту, что я отправлюсь с тобой к Двуликим, не зная, чего ожидать?
– Майстрис Бардок.
Казалось, она сейчас накинется на него с кулаками.
Или схватит ридикюль, в котором у нее хранился дамский револьвер, и выстрелит.
Но Алекс был непреклонен.
– Даже не так. Неправильно выразился. Что ожидать от Двуликих, я как раз знаю. Я не знаю, что мне им предлагать. Поэтому… Сесилия, или ты делаешь, как я говорю, или я ухожу. Без обид.
Он приготовился. Каждая мышца в его теле напряглась. Сам же он затаился, несмотря на видимость лености.
Тогда он еще не понимал, как ошибся…
Когда попросил ее раздеться.
Сесилия молчала. Стояла напротив него, вольготно раскинувшегося в кресле, и если бы взгляд мог убивать, то он бы уже валялся на полу мертвым.
Она ничего не говорила. Лишь шумно дышала, гневно сверкая глазами.
А потом начала раздеваться.
В первые секунды Алекс не поверил. Неужели вот так… Без скандала? Без криков «мерзавец» и далее по порядку? Ничего?..
Как оказалось, ничего.
Его подарок-платье было сшито таким образом, чтобы его можно было снять, не прибегая к посторонней помощи.
