Значит, в восемь.
Что ж, она будет готова.
В шесть часов она достала из-под кровати еще одну дорожную сумку. Сумку, которой в глубине души надеялась не воспользоваться. Открыла замки и некоторое время смотрела на находящиеся там предметы одежды. Выдохнула. И принялась одеваться.
Когда в дверь постучали, она была готова.
Сесилия принципиально из-за какого-то глупого, отчасти детского упрямства не желала подходить к окну. Не желала знать и видеть, приехал ли за ней Алекс. Она говорила себе, что спуск к Двуликим нужен ей.
И… не могла.
Несмотря на весь испытываемый негатив в отношении Смотрящего, сердце девушки зашлось в ускоренном ритме, когда она увидела мужчину. Если бы она встретила такого на прогулке, шарахнулась бы в сторону.
Бардок выглядел… впечатляюще. Черные, плотно сидящие штаны, высокие полуботинки с грубой шнуровкой и заклепками, кожаная куртка, подбитая мехом. На голове, как всегда, отсутствовало убранство. Не мерзнет? «Ему бы подошла под этот бандитский образ шляпа с короткими полями», – зачем-то подумалось Сесилии.
Наверняка, пока поднимался, снова привлек внимание. Его, такого опасного, таинственного нельзя было не заметить. Час не поздний, в кафетерии ужинали постояльцы. Но Сесилия не сомневалась – Алексу Бардоку было глубоко наплевать на мнение окружающих.
Жизнь Смотрящего обязывает.
А еще у него было прекрасное настроение. Что для нее, естественно, вытекало не наилучшим образом.
– Прекрасно выглядишь… – многозначительная пауза, – малика.
Сесилия поджала губы и коротко кивнула.
– Я тоже рада вас видеть, майстрис Бардок.
– Готовы?
Ей очень хотелось сказать «нет», но она гордо вскинула подбородок кверху.
– Да. Со мной же Смотрящий, чего мне опасаться.
Они стояли в коридоре, магические фонари приглушили, тусклый свет давал освещение, лишь необходимое для безопасного передвижения. И снова Сесилии показалось, что во взгляде Алекса промелькнул опасный блеск. Предвкушающий. Словно он втягивал ее – именно ее! – в игру, где ловушки уже расставлены, и у нее нет ни единого шанса.
Сесилия упрямо едва заметно мотнула головой. Ну уж нет! Праматерь ей в помощь. Она сегодня вернет долг Вивьен, выпутавшись из щекотливой ситуации с наименьшими потерями.
А потом… А потом совершит последний свой безрассудный поступок – снимет дивиденды и уедет на море. Туда, где тепло, солнце и белый ласковый песок.
И никогда больше не вспомнит, что она по рождению малика.
Алекс дал ей руку, но она сделала вид, что не заметила.
