Лили отнесла отрез ткани портному, и он раскроил нам мужские штаны. Я приказала запереть дверь, Этель — разоблачиться и, обколов бедолажку со всех сторон, занялась подгонкой. Это заняло у меня целых два вечера и еще вечер девушки собирали дамские штанцы в единое целое, но — есть в жизни счастье, повторяла я — наутро я отправилась в покои герцогини уже в подобии штанов под платьем. Мне, тысяча чертей, наконец-то было тепло!
Герцогиня в этот день слегла. И пока я наяривала на отрезе королевские инициалы и размышляла, как развивать свое производство, ко мне, смущаясь, подошли Адель и Доминик и попросили принять их в компанию.
Этель была кузиной служанки Адель и успела все-таки разрекламировать удобные вещи и среди господ.
Рановато, но… я прикинула: распороть трусы не так сложно. Если есть возможность сделать из потенциального конкурента партнера по бизнесу, хотя бы на какое-то время, надо делать.
Тем более что Адель отвела нам целую комнату под цех. День назавтра мы убили на то, чтобы там было светло и возможно работать — довольный каменщик мало того что соорудил то, что требовалось, еще и привел плотника, и у нас должны были появиться столы.
Доминик, которая умела неплохо писать, еще через день украдкой показала мне список… мать честная, двадцать… двадцать пять… двадцать семь клиенток! Кажется, мне срочно нужны еще рабочие руки.
Я рисковала. Но не слишком. Заказ для ее величества был почти готов, больше всего времени заняла вышивка, и не успела я выдохнуть и пересчитать заработанное, не говоря уже о том, чтобы его распределить, как явилась какая-то незнакомая дама с новым отрезом.
Имя «Маргарита» было мне незнакомо, и заказчица, смотря на меня как на дуру полную, оттопырив губу, пояснила, что это кузина покойного короля.
Ладно. Я утерла пот, распределила средства: зарплата, аренда комнаты у Адель, закупка свечей, материала, ниток… работа плотника и каменщика, моя комиссия, то, что я могу тратить на собственные нужды, и то, что надо вложить в расширение производства. А вот эти деньги я потрачу на то, что закажу себе туфли.
Или нет — полусапожки. Я заслужила, я молодец. Дело было за малым — найти сапожника, который не покрутит пальцем у виска.
Я показала Адель и Доминик штаны, намекнула на то, что мне крайне нужен сапожник, рассказала об усовершенствовании корсета… прошло чуть более двух недель с того дня, как я вопила на Пьера во дворе, а я уже подсчитывала барыши вместо того, чтобы оплакивать утерянную на плахе голову.
И это настораживало.
