Шучу!
Санаду подводит нас к лавке напротив Дариона и Танарэса, отпускает, позволяя сесть, а сам устраивается посередине. И всё это под такими же странными взглядами приятелей.
– Санаду, – Дарион серьёзно смотрит на него. – Ты только потом не жалуйся на рыжих, ладно? Ты сам с огнём играешь."
"– Да они сами приходят! – Санаду притягивает к себе пустой кубок и бутылку драконьего. – Никалаэда и так моя головная боль, от неё бегай не бегай – лечить всё равно придётся. С Клеопатрой… в общем-то, она уже привнесла в мою жизнь некоторые сложности, надеюсь, под моим присмотром новых проблем с ней не возникнет.
– Санаду, – покачивает кружкой Дарион. – А ты знаешь, что проблемы от женщин возникают, когда ты за ними слишком присматриваешь?
– Ой, ну не надо этого пессимизма! – Санаду наливает огненную жидкость в кубок. – У меня сегодня праздник, не портите настроение.
– И какой же у тебя праздник? – Танарэс покачивает свой бокал.
– Как какой? Избавление от рыжего! – Санаду хмыкает, разглядывая удивлённые лица собеседников.
– Теперь у Элоранарра свой личный менталист, и этот рыжий меня в неприятности больше не втянет… А у вас что лица такие кислые?
Вздохнув, Танарэс отводит взгляд:
– Меня в Новый Дрэнт не пускают.
Санаду, как раз делающий глоток, закашливается, разбрызгивая полыхающие капельки:
– А ты пытался? – уточняет с недоумением.
– Да, – Танарэс разглядывает пламя в кубке. – Вот подумал, может, ты туда по делам каким-нибудь отправишься, пообщаешься… как менталист с менталистом.
– Они о Неспящих что-то узнали, – Дарион хмурится. – Ты бы мог попросить аудиенции…
Кажется, Санаду на странное подбивают, и связано это с возникшей драконьей парой. Он чуть отклоняется, недоверчиво оглядывает приятелей:
– Вы сколько тут без меня выхлебали, что вам такие «гениальные» идеи в голову приходят? Ладно ты, Тан, тебе простительно не знать этих буйных чешуйчатых, но ты, Дар… отправлять меня к избранным-драконам в первые сутки обретения ими друг друга… Я тебе настолько надоел, что ты решил от меня избавиться таким изощрённо жестоким способом?
Волкооборотень опускает на стол огромный поднос с чайником, пирожками, фруктами, шматами обжаренного мяса и мисочками орехов.
Пока он выставляет принесённое, Санаду цедит огненный напиток, Ника телекинезом утаскивает два пирожка, а Марк Аврелий, поводя носиком, высовывается у меня из-под мышки. Дарион и Танарэс проникновенно смотрят на Санаду. Видимо, ждут ухода бармена.
