С трудом втискиваю букет в щель между столом и стеной – у трёхэтажного особняка Марка Аврелия появляется цветочный сад.
Оглядываюсь: Ника скептически разглядывает букет:
– Цветы, конечно, красиво, но когда они дополнение к чему-то действительно нужному.
– К пирожкам?
– К еде. В общем, Клео, не знаю, кто это прислал, но намерения у него явно несерьёзные. Настоящий мужчина свою женщину накормит и напоит.
– Три корзины пирожков Валя принёс?
– Конечно, он же настоящий мужчина! Он их даже испёк сам! – последнее Ника выдыхает с такой гордостью, словно Валя целый мир спас, не меньше.
Ребята явно стоят друг друга.
***
Сегодня – конец безделью! Впрочем, может, тут такая учебная нагрузка, что я скоро взвою, но пока настроение самое оптимистичное.
Следуя указаниям браслета, я нахожу аудиторию, в которой назначена вводная лекция. Оглядываю озарённый солнцем просторный зал, амфитеатром расположенные столы. И топаю на галёрку.
Что-то одногруппников не видно. И если с Валей (в полном имени Валарионом) можно объяснить это дело тем, что он витает в облаках влюблённости или лепит пирожки своей суженой, то почему остальные опаздывают на первую лекцию, мне не понятно.
Но – их дело. Я выкладываю на стол тетрадь, чернильницу и перо. Надеюсь, записывать много не придётся.
Сижу. Жду. Разглядываю столы. Свежие царапки, складывающиеся в «Заколебали».
Рисую на полях цветочек.
И вампирские челюсти, прикусывающие пирожок…
Белку.
Сердечко.
Ещё одну белку.
Ещё одни вампирские челюсти.
Корону.
Бутылку.
Могилку.
Вздыхаю.
Низкий перезвон, оповещает о начале занятий. Я оглядываю пустую аудиторию: может, не туда пришла?
Постукиваю золотой браслет на запястье:
– Укажи аудиторию, в которой я должна быть.
На металлической поверхности, словно на кольце всевластья, проступает огненное «Здесь».
Хлоп!
Возле кафедры вздымается столб серой дымки и опадает, оставляя на своём месте Санаду с двумя кружками. Сегодня он не в чёрном, а в тёмно-сером костюме, визуально делающем его фигуру более массивной и широкоплечей.
Пепельный платок-галстук подчёркивает острый подбородок. И в целом светлое его молодит.
– Доброе утро, – Санаду вместо того, чтобы встать за кафедру, направляется к лестнице между столами и поднимается на самый верх, ко мне.
Воздух наполняется ароматом свежесваренного кофе.
– Эм, доброе, – несколько теряюсь я и сосредотачиваю взгляд на опускающейся передо мной кружке.
