А потом одним движением перерезает связку когтем и стягивает все мои вонючие заряды к себе, прячет за спиной."
"– Ловкость рук и никакого мошенничества, – улыбается Санаду. – Даже без телекинеза обошёлся. И что вы будете делать без своего главного оружия? Ну же, удивите меня.
Удивить? Вот паразит!
– Марка Аврелия верни! – от злости стукаю его дубинкой, но Санаду вовремя отскакивает.
– Не знаю я никакого Марка Аврелия, – улыбается он довольно.
Шагаю вперёд, бью – и опять Санаду успевает отстраниться, покачивает связкой вонючек:
– Ну же, Клеопатра, постарайтесь, а то вдруг я случайно разобью их в вашей комнате.
Наотмашь бью по баночкам, но Санаду отдёргивает руку. И улыбается.
– Белку отдай! – почти рычу я, наступая на него.
А Санаду отступает, обходя свой роскошный белый стол. Насмешничает:
– Белочка опасна для здоровья и приходит только к тем, кто много пьёт. Вот я много пил – ко мне пришла, а ты у нас трезвенница.
Опять он уворачивается от дубинки. Ему нравится, похоже, людей изводить.
Ну, ничего, буду кормить тролля, пока не лопнет!
Бросаюсь на него, со свистом рассекая воздух дубинкой. Санаду обегает стол, попутно хватает что-то с него:
– Кажется, нам не хватает музыкального сопровождения!
Он кликает по плееру, и комната наполняется весёленькой мелодией. Вокалист бодренько поёт, а я бегаю. И вроде Санаду, бросив плеер на стол, не оглядывается, не ускоряется – совсем рядом, только руку протяни! – и ударяю я часто, а попасть не могу.
Ну как так-то? Бью-бью, а попасть не могу!
– Ну, заяц, погоди! – подгоняю сама себя.
– То вам белку подавай, то зайца, – не унимается Санаду. – А я не владелец зоопарка.
Надо достать! Надо это чудище бегающее достать! Его требующая хлётского удара спина маячит впереди, как недосягаемый приз.
Одна весёлая мелодия сменяется другой.
– Старайтесь, Клеопатра, старайтесь! – на бегу советует Санаду. – В вас недостаточно экспрессии, так вы никогда меня не поколотите и не спасёте Марка Антония!
– Он Марк Аврелий! – припускаю я.
Но и с ускорением не могу догнать Санаду. Паразит! На бегу хватаю чернильницу и швыряю ему в затылок.
Бам!
Чернильница отскакивает, пятная ковёр чёрными кляксами.
– Так нечестно! – Санаду на ходу потирает затылок и снова уворачивается от удара по корпусу. – Я был не готов! Предупреждайте, прежде чем бить!
Резко меняю траекторию – и удар по ягодицам проходит, смачно достигает цели.
