Я позабочусь об этом…
Чувствую, как она содрогается от моих пальцев. Прихватываю губами маленькую бусину, посасывая ее, помогая малышке получить оргазм.
Плавно вожу рукой по своему стволу, желая хоть немного сбросить напряжение. Не выходит. Хочу кончить вместе с ней. Срочно!
Поднимаюсь. Вхожу плавно, и резко ускоряюсь. Целую Женю в губы. Грязно и глубоко. Игнорируя ее вялые протесты. Обнимаю за талию.
Это все так странно. Секс с женой, которую я и всерьез-то никогда не воспринимал. А теперь не хочу останавливаться, при том, что готов кончить от каждого ее вздоха.
Она кусает меня за язык до острой боли, и я взрываюсь оргазмом:
— Моя львица, — хриплю в ее ротик, целую ее губки. — Моя маленькая львица. Только моя. Я тебя никогда не отпущу…
Глава 8. ОНА
Это просто безумие какое-то. Да как он смеет трахать меня как одну из своих шлюх, еще и против моей воли?!
Порывисто поправляю платье, пытаясь собрать свои мозги в кучу. Трусы безнадежно испорчены. Выбрасываю остатки ткани в мусорку.
Герман исподлобья наблюдает за мной, застегивая ремень своих брюк.
Отворачиваюсь от него, становясь лицом к зеркалу.
Стягиваю резинку с волос и заново завязываю хвост, чтобы хоть немного привестись в порядок. Губы опухли от его грубых поцелуев. От ярко красной помады остались только намёки в виде бледных пятен вокруг рта. Бросаю короткий взгляд в зеркало — у Германа такие же, а еще растрепанные моими пальцами волосы и острая щетина, от которой у меня до сих пор горит между ног.
Отвожу взгляд. Лицо обдает жаром от мысли, что я позволила этому мудаку такое с собой делать.
Осторожно подтираю мыльными пальцами размазавшийся макияж, приглаживаю волосы влажными руками и разворачиваюсь, чтобы уйти.
— Ничего сказать мне не хочешь? — преграждает мне путь.
— Мне казалось я уже вам все сказала, Герман Валерьевич, — вскидываю на него гневный взгляд, а саму трясет. — Я понимаю, что покуда мы еще состоим в законном браке, привлечь вас к ответственности за изнасилование у меня почти нет шансов. Но если посмеете прикоснуться ко мне после развода — пеняйте на себя!
Улыбается мерзавец:
— Что же ты до сих пор медлила? — лукаво щурится.
— Сомневалась?
— ЗАГС по вопросам разводов работает только во вторник и среду, — холодно отвечаю я. — Завтра я подаю заявление. Развести должны быстро.
— Какая строгая малышка, — касается моей щеки своими пальцами. — Но мы ведь оба понимаем, что тебе понравилось не меньше моего.
Отбиваю его руку от своего лица:
— Это не более, чем физиология.
