Дэниел как раз доедал свой второй завтрак, когда Сара соизволила сообщить, что леди Плейнсуорт предоставила гувернантке свободный день. Очевидно, его тетка решила отблагодарить мисс Уинтер за дополнительную работу: сначала она села за фортепьяно вместо Сары, а потом совмещала обязанности гувернантки и няни. Мисс Уинтер как будто намеревалась сходить в деревню, по словам той же Сары, поскольку солнце выглянуло из-за туч и день обещал быть идеальным для прогулки.
А лорд Уинстед решил наконец заняться делами, привычными для хозяина поместья: встретился с дворецким, просмотрел бухгалтерские книги за последние три года, запоздало припомнив, что терпеть не может возиться с цифрами и подсчетами, поскольку у него это не слишком хорошо получается.
Да мало ли дел в поместье? Но каждый раз, принимаясь за что-то, он мысленно возвращался к ней: ее улыбке, ее смеющимся губам и печальным глазам.
Энн. Как ему нравилось ее имя! Такое простое и неприхотливое, оно ей очень подходило.
Тем, кто ее не знал, могло бы показаться, что ее красота требует какого-то особенного имени, например Эсмеральда или Мелиссанда, но Дэниел ее знал. Нет, речь не о ее прошлом или каких-то тайнах, но он ее знал. И она именно Энн, и не кто-то иной, и ее сейчас нет рядом.
Господи боже, это же просто смешно! Он, взрослый человек, не мог спокойно усидеть на месте и в унынии слонялся по своему большому дому, потому что скучал по обществу гувернантки.
Ему даже пришлось переставить свое кресло в южной гостиной, потому что прежнее стояло перед зеркалом и собственное отражение казалось ему настолько удручающим, что смотреть на него он не мог.
Наконец тоска стала настолько невыносимой, что граф отправился на поиски желающих сыграть с ним в карты. Гонория любила играть. И Сара тоже. Страдания любят одиночество, но в компании можно хоть ненадолго отвлечься.
Но когда он вошел в голубую гостиную, все его родственницы (даже малолетние) стояли вокруг стола и бурно обсуждали предстоящую свадьбу Гонории.
Дэниел хотел было незаметно ретироваться и тихонько попятился к двери, но сбежать не успел.
– О, Дэниел! – воскликнула его матушка, – Присоединяйся к нам! Мы как раз выясняем, какой оттенок свадебного платья подойдет Гонории больше: лавандово-голубой или голубовато-лавандовый.
