Выхватил пистолет из кобуры, вмиг снял большим пальцем курок с предохранительного взвода и завертелся так, словно хотел заглянуть самому себе за спину…
И вот оно! С той стороны, откуда я ехал, над дорогой бесшумно летела, снижалась, большая птица, показавшаяся какой-то странной, то ли черная, то ли просто темная в подступавших сумерках, была уже совсем близко…
Я, как хорошо выучили в свое время, рухнул спиной вперед, так, чтобы не стукнуться затылком, и стал стрелять по беззвучно скользившей ко мне крылатой твари: раз, два, три, четыре!
Пятого выстрела сделать не успел – птица резво взмыла вверх, промчалась надо мной и со скрипучим, словно бы жалобным криком исчезла с глаз.
Вскочив на ноги, я увидел, как она скрывается за темными верхушками сосен. Промахнуться четыре раза из четырех пусть по подвижной, но близкой и крупной цели я никак не мог, но не похоже было, что она серьезно ранена…
Вновь завертел головой, держа пистолет дулом вверх, наготове.
Словно заправский зенитчик, следил за воздухом. Ничего. Никого. Тишина и безветрие, сумерки сгущаются…
И тут я увидел кое-что еще: явственное движение в лесу, не так уж и близко, мелькание между деревьями низких стремительных тел, отблеск светящихся глаз…
И снова вел не разум, а некие инстинкты. Загнал пистолет в кобуру, даже успел аккуратно ее застегнуть, кинулся к ближайшей сосне, не толще телеграфного столба, подпрыгнул, обеими руками ухватился за шершавый, липший к ладоням ствол – одуряюще пахнуло хвоей и смолой, – рывками подбрасывая тело, царапая кору носками сапог, по-обезьяньи проворно полез вверх.
Уселся верхом на толстый сук, отворачивая лицо от царапавших щеку жестких иголок, посмотрел вниз.
Я угнездился на высоте метров четырех, а внизу, насколько удавалось разглядеть сквозь ветки и хвою, расселись вокруг ели четыре крупных волка, скорее бурого окраса, чем серого.
Смотрели на меня, вывалив языки, спокойно и непонятно.
Я громко покрыл их матом – чтобы посмотреть на их реакцию. Они и ухом не повели, будто привыкли к человеческой речи и страха перед человеком не испытывали совершенно. Неправильные волки.
