Спустя час тщетных поисков я готова реветь в голос от разочарования. Указано, сколько лошадей мы приобрели, сколько пшеницы собрали, сколько младенцев родилось в деревне за месяц, и даже покупка нового обеденного сервиза — отражены!
А обо мне ни слова! Обо мне и моей свободе — ничего! Словно меня здесь никогда не было!
Не знаю, сколько времени я сижу на полу позади письменного стола старого лорда, уронив голову на согнутые в локтях руки и жалея себя. Проклятые рабские браслеты давят на запястья, лоб и виски. Намеренно ударяюсь о них головой, словно наказывая себя.
Как же я их ненавижу! Как мечтаю их снять!
Райгон никогда не позволит мне этого сделать. Единственный способ снять рабские браслеты, не получив на то добрую волю господина — его кровь. Вот только добровольно дракон её тоже не отдаст. А если не… добровольно?
Замираю, оглушённая этой мыслью. На что я готова пойти ради свободы и Вайета? В слепой жажде мести Райгону за все мои унижения, прошлые, настоящие и будущие?
Ответ ужасает. Я погружена в свои мысли и не замечаю, что уже не одна в кабинете.
Вздрагиваю и подскакиваю на месте, когда на плечо ложится чужая рука. С ужасом оборачиваюсь."
"— Фосия! — выдыхаю, рассмотрев морщинистое бледное лицо кухарки в тусклом отблеске свечи, которую та держит в руке. — Напугала меня!
— А я думаю, кто здесь скребётся! Думаю, не ровен час, крысы завелись! — шепчет в ответ она. — Господин давно наверх поднялся, остальные спят, только я припозднилась, пока настойку процеживала. Ты что здесь забыла-то?
— Лучше не спрашивай, — мотаю головой и роняю её обратно на руки.
Слёзы снова просятся наружу. Тем более благодарный слушатель под рукой, кому можно пожаловаться и знать, что поймёт и поддержит. Жаль только, ничем не поможет.
— Да что случилось-то? — слышу испуганный шёпот.
— Всё кончено, Фосия, — шмыгаю носом, глотая солёные слёзы. — Я не хочу завтра просыпаться.
— Да что это! Скажи толком, а не загадками! — слышу сверху её перепуганный шёпот.
— Райгон приказывает стать его наложницей, — поднимаю заплаканное лицо и смотрю на кухарку сквозь мутную пелену.
— Приказал завтра прийти к нему и раздвинуть ноги!
— Батюшки! — охает Фосия. — Какая гаргулья его укусила?
— Я не знаю, — качаю головой. — Только знаю, что никогда мне не снять проклятые браслеты и никогда не видеть больше Вайета. После того, что случится…
Снова захлёбываюсь в рыданиях.
— Делаа, — озадаченно тянет Фосия.
Чувствую её мягкие морщинистые пальцы у себя в волосах.
