Они были одеты в чёрное, стояли в сумрачной, едва освещённой слабеньким бра комнате, и напомнили Карине демонов, поднявшихся из преисподней, чтобы нанести удар. Появившихся из тени и в тени убивающих.
«Потому что ангелы парят в небе…»
— Но лучше не затягивать.
— Согласна.
Бранделиус кивнул, Герман наклонился и грубо дёрнул Круглолицего:
— Просыпайся!
— Что? — Тот с шумом подобрал слюни и непонимающе уставился на окруживших его людей. — Кто вы?
— Добро пожаловать в ад!
— Мама!
Возможно, ему показалось, что он спит.
Что видит кошмар. Реалистичный, чудовищно реалистичный кошмар, ибо как ещё можно объяснить, что земля под ним неожиданно разверзлась, и кресло исчезло, и он — нормальный взрослый человек и даже научный работник — провалился в густые заросли кактусов, каждая колючка которых, как ему показалось, уже давно мечтала вонзиться в его несчастное тело.
— Не слишком ли просто? — поинтересовался Антон Арнольдович, с интересом глядя в не закрытое Маратом «окно».
— Это только начало, — пообещал Герман.
Круглолицый наконец понял, что нельзя делать резких движений, замер, не шевелясь и таким образом избегая болезненного общения с колючками, а в следующий миг провалился в новую реальность.
— К-К-Карина?
Для их встречи Марат подобрал железнодорожный тоннель, слабо освещённый тусклым фонарём, — прекрасное и в меру страшное место.
— К-Карина? — Обречённый протянул к ней исцарапанную, даже исполосованную, окровавленную руку. — Помоги…
Ударить? Фу! Девушка брезгливо поморщилась. Бить этого слизняка? Увольте.
И она просто толкнула Круглолицего в грудь. Он споткнулся о рельсу и упал. Судя по воплю — болезненно.
— Ты испортил мне жизнь, — с тихой злобой произнесла Карина. — Ты почти заставил меня стать самоубийцей.
Личная встреча помогла — чувства вернулись, и девушку захлестнула волна ненависти.
— Ты мучил меня, но всё меняется. Настало твоё время жить в ужасе, слизняк!
Последние её слова утонули в паровозном гудке.
А тёмное пространство тоннеля осветил луч прожектора.
— Карина! — истошно завизжал лежащий на рельсах толстячок. — Спаси!
— Смотри на свою смерть, гадина! — Девушка подскочила к нему, присела, надавила коленом на хребет, не позволяя подняться, но дернула за волосы, заставляя смотреть на приближающийся локомотив. — Смотри!
— Нет!
— Он едет за тобой!
Паровоз издал ещё один гудок.
— Нет!!
— Тебя, ещё живого, потащит по шпалам, и ты будешь мечтать, мечтать о смерти!
— Нет!!!
Марат выдернул их за мгновение до удара.
