Я знаю про предательство больше, чем кто-либо еще!
– Я никого не предавал… Мы только обсудили кое-что с недовольными командирами, но ничего не сделали…
– А мальчики, которых ты беззаконно захватил в Иудее и обратил в рабов? Младшего бросил в грязные объятия своего начальника, старшего ломал до тех пор, пока он не стал послушным…
– Я не знал их! Нельзя предать того, кого не знаешь…
Тонкие губы разошлись в улыбке.
– Но Авла Луция ты знал. Всячески угождал ему, выполнял все пожелания… Почти все! А потом разрушил его планы, искорежил жизнь, женился на его невесте… Это ли не предательство?
– Нет.
Я никогда не считал Авла своим другом, не любил и подчинялся по обязанности…
– А жена, которую ты предал, заменив ее в постели рабыней?
– И Варению я не любил!
– Но Габриэлу ты любил?
Марк закрылся ладонями и долго молчал.
– Да, – наконец глухо пробился между пальцев его сдавленный голос. И перстень, казалось, радостно завибрировал.
– И это не помешало тебе отдать ее развращенному турку! Неужели власти префекта преторианской гвардии не хватило бы, чтобы сразу же расторгнуть сделку? И неужели Исмаил-паша отказался бы немедленно и с удовольствием выполнить твою волю?
Марк молчал, не отрывая рук от лица.
У него кружилась голова, его мутило. Но беспощадный собеседник не считался с этим.
– Ты прав – предают только свои. Те, кого любят, кем дорожат, на чью помощь надеются… За твоей спиной много предательств!
– Тогда неважно – одним больше, одним меньше, – хрипло произнес Марк.
– Важно, ибо каждому воздастся по делам его…
Марк оторвал ладони от лица.
Хмель прошел.
– Я вижу, ты все знаешь, – хрипло произнес он. – Удастся ли то, что мы задумали?
– Да. Если это будет последнее предательство на земле…
– Что это значит? – вскинулся Марк.
– Скоро поймешь…
– Отвечай! Что это значит?!
Но перед ним была только его собственная тень: голова в нимбе пышных волос. Лицо хозяина перстня исчезло.
– Яир! Яир! – Марк изо всех сил затрезвонил в колокольчик. В комнату вбежал запыхавшийся раб.
– Кто здесь был?! Кого ты пропустил в дом?! Отвечай!
– Никого, хозяин! Вокруг стоит стража. Кто мог сюда войти?
Марк обессиленно откинулся на спинку кресла.
* * *Вечером приехал в гости Публий Крадок. Крепкие рабы принесли его в паланкине, занесли по лестнице и поставили носилки на веранде. Крадок, хотя и постарел, довольно ловко выпрыгнул на мраморные плиты. Он немного погрузнел, лицо обрюзгло, некогда кучерявые волосы выпрямились и поредели.
