Заплаканная Наталья взглянет на детей, внуков, невесток, что будут жаться друг к другу, как осиротевшие птенцы, и подумает, что жизнь Маркела промелькнула ласточкиным крылом и скоро совсем исчезнет за тучами.
– Почему столько народу, кого хоронят? – спросит она молодую бабу с малыми ребятишками.
Звучно всхлипнув, баба вытрет глаза концом платка:
– Блаженную нашу петербургскую хоронят, Ксению.
– Ксению…
Наталья вдруг почувствует невнятную радость, словно бы не одного отправляет Маркелушку в дальний путь, а с провожатой, что тихой походкой пройдёт вместе с ним по мосту через вечность.
Нынешнее…
Чтобы слёзы не капали на крупу, Рита промокнула глаза бумажной салфеткой. Прежде ей никогда не приходило в голову перебирать гречку. Она и сейчас не понимала, зачем усердные хозяйки это делают, просто требовалось занять руки, чтобы из пальцев исчезла противная дрожь и перестало гудеть в ушах. Шум в ушах сводил её с ума. Казалось, что ты летишь на самолёте в бесконечном рейсе и уже не веришь, что затерявшийся в пути борт пойдёт на посадку.
С тех пор как раздался звонок из спортивного центра, она вся превратилась в желе, готовое вот-вот растечься по полу.
Звонила директор – энергичная дама, которую все называли без отчества, просто Мария."
"– Рита… – по деревянной интонации женского голоса стало ясно, что случилось что-то страшное, почти невозможное.
Оттягивая момент, Рита с наигранной весёлостью ответила:
– Слушаю, Мария. Кстати, я тебе передала с Виктором мою фирменную ватрушку.
Ты недавно спрашивала рецепт. Напомни ему, чтобы не зажилил, когда пойдёте обедать. Ты же знаешь, какой Витя обжора – может до тебя не донести.
– Рита, – в трубке раздалось тихое всхлипывание, – Рита, Витя умер. Врач со «Скорой» определил инсульт.
До неё не сразу дошёл смысл сказанного. Мария не имеет права так жестоко шутить. Умереть может кто угодно, только не её муж. Сорокалетние тренеры, чемпионы в многоборье, не умирают от инсульта. Наверняка это какая-то глупая ошибка, и Мария сейчас рассмеётся и извинится.
– Этого не может быть, – тупо возразила она, – мы завтра должны идти покупать новый диван.
И почему язык сболтнул про диван? Непонятно.
Снова потянувшись за салфеткой, Рита обратила внимание, что обручальное кольцо болтается на пальце. Боже мой! Ещё совсем недавно она мечтала о том, чтобы похудеть к весне!
Сутки после Витиной смерти остались в памяти чёрной дырой с отвратительным запахом валерианы и горя.
