Только сейчас поняла, на что Адам смотрел. Из его кабинета была видна мечеть, которая светилась серебром вдалеке.
Сосредоточив взгляд на профиле мужа, я терпеливо озвучила то, что и так было очевидно для нас обоих:
— Нам нужно поговорить, Адам.
Выдержав паузу, он медленно отступил от окна и повернулся ко мне.
— О чем ты хочешь поговорить? — требовательно поинтересовался, пошатнув мою решительность.
Ведь я была уверена, что ему это необходимо так же, как и мне!
— О том, что важно для нас обоих, — ответила я, стараясь не отступать.
Сложилось острое чувство, что у меня больше не будет шанса — я не должна позволить Адаму отмахнуться! Поэтому сделала вдох и продолжила: — И в первую очередь… Я расскажу тебе правду, которую ты не стал слушать в день свадьбы.
Его взгляд мгновенно похолодел, а губы превратились в тонкую линию.
— В смысле? Хочешь о своем первом муже поговорить? — уточнил он, изогнув бровь и предостерегающе понизив тон.
Хозяин кабинета всем видом хотел меня остановить, отпугнуть, дать повод отказаться от этой темы.
Но я не поддалась и сдержанно настояла:
— Ты должен узнать, как все было.
Качнув головой, он глянул в сторону и вдруг начал приближаться. Оказавшись вплотную, посмотрел мне прямо в глаза.
— Зачем?! — спросил жестким тоном. — Чего я еще не знаю? А главное, что это изменит, Мариям?!
Нервно сглотнув, я на несколько мгновений оторопела. Адам просто ураганом сметал все мои оставшиеся надежды!
— Возможно ничего, — признала я негромко.
Ком собрался в горле — говорить становилось все тяжелее. — Но, Адам… Неужели ты и сейчас не дашь мне шанс стать хоть немного чище в твоих глазах?
Муж упрямо смотрел на меня, но отвечать не спешил. В какой-то момент едва заметно кивнул и, отступив, прошел к столу, из-за которого небрежно выкатил большое кожаное кресло.
— Ладно, — согласно сказал Адам, усаживаясь напротив меня. — Если тебе станет легче — я готов.
Я постаралась хладнокровно проглотить это брошенное условие.
Как будто он не верил, что меня хоть что-то может оправдать!
— Хорошо, — негромко начала я, чувствуя, как расходится по телу мандраж. — Прежде всего, я хочу тебя уверить, что до Аслама… до своего первого мужа, я никогда не была с мужчиной.
Сердце больно стукнуло в груди, стоило упомянуть его имя вслух. Этот единственный шрам, никогда не заживет на моем сердце. Но сейчас больше всего меня волновала реакция Адама.
