Сведения Нинель брала в газетах «Правда» и «Известия». Политинформаторы, которым вменялось в обязанность каждые утро-вечер читать сии издания, прекрасно все знали и без указания Нинели. Но родственнице директора надо было хоть немного отрабатывать свою далеко не маленькую зарплату."
"Еженедельные собрания все его участники тихо ненавидели. А Нинель токовала, как влюбленный глухарь, читала им вслух передовицы. Она жила прекрасно на большую зарплату, имела продуктовый заказ, приходила к десяти, в четыре уже убегала.
И вдруг появился человек, который посягнул на святая святых, на Ленинскую комнату, решил забрать ее себе под одно из помещений лаборатории. Когда Сергей Николаевич положил на стол Леонида Гавриловича заявление, в котором указывал, что «Ленинскую комнату можно разместить в меньшей кубатуре, так как в ней всего раз в неделю собираются двенадцать человек», директор сразу начертил резолюцию «отказать». А потом он совершил поступок, который повлек за собой вал несчастий.
Оксана потерла лицо ладонью и сказала:
– Я ни о чем не знала. Все, что я вам сейчас рассказываю, раскопал мой муж Володя. Он очень хотел меня успокоить, оправдать моих родителей. Вова любит меня, детей, он лучший человек на свете. Сотрудникам НИИ сообщили, что Гончаров и его супруга погибли в ДТП. Ничего необычного. Но эта история сломала мою жизнь. Я долго боялась на улицу выйти. Спасибо, Володя помог со страхом справиться. Он все-все выяснил. Муж очень опытный человек в деле поиска всяких документов, выяснения истины.
Это долгий рассказ.
– Я никуда не тороплюсь, – заверил я.
Оксана набрала полную грудь воздуха, шумно выдохнула и продолжила, я весь превратился в слух.
Увидев на своем заявлении отказ директора НИИ, Сергей Николаевич, наверное, не стал спорить, стал обустраивать лабораторию в двух бывших кладовках. Матвеев праздновал победу, Нинель Гавриловна по-прежнему царствовала в Ленинской комнате. Но радость директора и его сестры оказалась недолгой.
Леонида вызвали на ковер к высокому начальству, в кабинете сидел еще и незнакомец в костюме. По тому, как хозяин просторного кабинета общался с этим человеком, Леонид Гаврилович сразу скумекал: основная для него опасность исходит не от того, кто присматривает сверху за разными НИИ, а от вежливого мужика, который представился просто:
– Николай Иванович.
Сообщив свое имя, он сказал:
– С разрешения вашего начальника я задам вам несколько вопросов.
