Помимо этого владеющий металлургическим комбинатом, десятком заводов, производящих сахар и обширными сельскохозяйственными угодьями. К самым богатым и влиятельным он не относился, но пару союзников из числа более слабых князей имел. Да и гвардия у него была многочисленной и лёгкой на подъём. Как и у всех патрициев, что имели свой интерес в нефтяной промышленности.
Константин было сделал движение, вроде бы собираясь начать говорить, но его опередила Дарья.
— Как я уже сказала, сегодня вы услышите всю правду, Ваши Сиятельства.
А начнём мы с графа Брезовского.
Ей даже не потребовалось отдавать дополнительной команды — одна из неприметных дверей, что располагались в стене, далеко позади тронов Рюриковичей, распахнулась, и гвардеец в чёрном, с алыми нитями, мундире, вывел задержанного. Дошёл вместе с ним до края стола, что располагался перед помостом с престолами и оставив, отступил далеко вправо.
Граф, на чьих руках виднелись блокираторы, растерянно огляделся. В самой Алмазной палате, силу было использовать запрещено — за этим бдила тонкая артефакторная система, которая должна была уловить любой всплеск мощи.
Да и князья, друг за другом присматривали. Но в тех крохотных комнатушках, где ждали своего часа обвиняемые, применять плетения никто не запрещал. Особенно такие простые, как изолирующий барьер. Потому Брезовский даже не представлял, что его вытащат не на очередной допрос, а перед очи всех имперских князей.
— Вот он, собирался убивать Рюриковичей? Да князей резать? Смеётесь, Ваше Высочество? У этой собаки, руки трясутся от страха — он сейчас и мухи не прихлопнет.
Это уже был князь Кудашев. Из тех, что входили в группу поддержки триумвирата Дивеевых, Гагариных, Засекиных. Которые в свою очередь, склонялись к поддержке в качестве будущего императора, кандидатуры Даниила. Правда, было непонятно, были ли они в курсе его планов, связанных с переворотом. А если да, то как далеко простиралась их информированность?
Со своего места чуть приподнялся Трубецкой, впившись взглядом в фигуру говорившего.
Лысый князь, с роскошными бакенбардами и телосложением юного тролля, владел землями на юге империи. Поговаривают, оттого и был дружен с Оболенским — их родичи не раз сочетались браком, смешивая кровь двух фамилий. А всё по той простой причине, что нет лучшего метода принудить османов к миру, чем вспомнить о Ратиборе. Правда, последние годы, тот провёл в изоляции. Но сейчас был на свободе.
