Лютов покрутил у виска, мол, Иван, ты совсем, что ли?
— Ну так ты весь свой запас израсходовала на меня, нужно срочно пополнить утраченное.
— Не переживай, этого добра у меня на мой век хватит. А тебе советую запастись валидолом — я объявляю войну, — отворачивается, и уже Сашке: — Не, ты слышал? Яду мне хотел в чай добавить.
— Так он же пошутил, — попытался друг заступиться за Ваню. — Ты и сама можешь подобное ляпнуть. Чего завелась-то?
— Мне можно, а этому нелюдю нельзя. Про таких, как он, говорят: ни богу свечка, ни чёрту кочерга.
— Пошли в дом, — берёт меня Иван за талию, подталкивая.
— Вань, ну зачем ты её провоцируешь?
— Я не провоцирую, а ставлю на место, иначе она нас с ума сведёт. Не знаю, что произошло, но она словно с катушек слетела — житья никому нет.
— Подожди, — остановилась я, смотря вслед бабушке.
К нам подошла Оливия:
— Может, ты успокоишь свою бабушку? А ты, — посмотрела она строго на Ваню, — не задирайся, она же пожилой человек, они часто как дети себя ведут. Я бы сейчас всё отдала, чтобы моя бабушка была со мной, только вот невозможно это.
Цените тех, кто с вами рядом, завтра этого может и не быть.
Я и сама хотела пойти к ней и выяснить, что, собственно, происходит. Она у нас торпеда, а не склочная бабка, и такое её поведение странно.
— Вань, покажи Оливии дом.
— Лучше пусть бумагу даст и ручку, — подал голос Влад, с нежностью смотря на подругу, — я буду Оливии рассказывать, кто тут живёт и кто кому приходится. Боюсь, она завтра с ума сойдёт, если её не подготовить к знакомству заранее.
А ты поговори с бабушкой, может, она и расскажет тебе, что происходит. Мы спрашиваем, а она отмахивается.
— Мир, иди к бабушке, она в тебе больше нуждается, чем я. Тем более Влад прав, я хочу знать, с кем общаться придётся, ты же знаешь, не люблю блуждать в неведении.
Сашка отвёл бабушку к лавочке на озере и, усадив, принялся её успокаивать. Говорил тихо, и всё же, находясь за пять метров, я услышала их разговор.
— В себе держать проблему тоже не вариант…
Понятно, он уже пытается разузнать, что, собственно, произошло.
— Нет у меня проблемы, — с вызовом посмотрела на Лютова она, скрестив руки на груди.
— А я говорю — есть. Рассказывай, какой ядовитый клещ тебя укусил? — Бабушка фыркнула и отвернулась к озеру, мол, я тут одна сижу, и со всякими проходимцами не разговариваю. — Не хотел этого делать, но ты моя горячо любимая бабушка — вынудила…
Он берёт её за плечи, наклоняется к ней, бабушка резко поворачивает к нему лицо и замирает.
