Приметный очень, в цветах каких-то! Она выходила в этом халате, и цветы я запомнил.
Мишаков немного подумал.
– То есть человек в капюшоне подошел к двери, а она была заперта, правильно я понял?
Артем кивнул.
– Дверь тут же открылась, он вошел, а в проеме вы видели халат.
Артем снова кивнул.
– Артемочка, ты не переживай, – вдруг затараторила девица Таис Ланко, которая сидела, в общем, довольно смирно, только постоянно хватала Артема за руки, пыталась притянуть к себе, обнять и прижать к груди, но все никак не получалось.
– Можешь вообще ничего не говорить, ты же знаешь!..
Тут она подскочила к Мишакову и нацелила пальчик ему в грудь, прямо в середину белой майки.
– Вы же не заставите его отвечать на ваши вопросы без адвоката! Это нам известно! Мы имеем право!
– Какого еще адвоката!
– Настя, – негромко окликнула девицу Поливанова. – Не мешай.
Та повернулась и двинулась к Мане. Тоненький, как спичка, пальчик припадочно трясся.
– А ты?! Это же ты его привела! Зачем?! Как ты могла?! Ты.
.. ты... ты дура, вот ты кто!..
– Настя.
– Ты же знаешь, что мы никого не убивали! Зна-а-аешь! Какого черта тебя принесло?! Ты чего, на моем горе хочешь детективчик накропать?! Все на продажу?! Зачем ты всем растрезвонила, что вчера Артем приходил, а?! Кто тебя просил?! Чего ты все лезешь не в свое дело?!"
"– Так, – Мишаков поднялся, взял девицу за плечи, довольно бесцеремонно, повернул и усадил на место. – Если будете вопить, заберу в отделение, показания снимать. С обоих. Всерьез, под протокол.
– Без адвоката?! И уберите от меня руки!
– Ну почему без?.. Валяйте, звоните адвокату, пусть приезжает.
Таис моментально сникла, и капитан отлично понимал, почему.
Какой, к лешему, адвокат? Отсюда, из крохотной однокомнатной квартирки, где скверно пахнет и полы не мыты, должно быть, с восемьдесят второго года, на колченогом круглом столе постелена изрезанная клеенка неопределенного цвета и густо наставлены разномастные чашки с присохшей заваркой, очень далеко до выдуманного киношного мира, где на трудные вопросы отвечают «только в присутствии адвоката» и «знают свои права»! Откуда он возьмется сию минуту, этот адвокат, да еще такой, который на самом деле хоть что-то смыслит в правах?! Неоткуда ему взяться, а девица верещит по привычке.
У ее супруга, ныне покойного, наверняка адвокат был, вот она и нахваталась!..
– Вы мне лучше вот что скажите, уважаемая! Эта ваша сестра... как ее?
– Наталка. Ну, то есть Наташа.
