Если честно, то этот вопрос прозвучал как-то особенно странно из его уст.
Может это был не сон?
— Как обычно. А что? — я сразу же напряглась и напрягла все свои извилины в мозгу.
Что, если это, все-таки, был не сон? Что мне теперь делать? Как мне теперь себя вести? Что ему отвечать? Что, я веду себя как мартовская кошка: «Да ты знаешь, у тебя, по всей видимости, был ночью секс по телефону. Я как дура приревновала и решила отдаться прямо там. На столе.» Так что ли?
— Да, ничего. Я просто с утра мимо спальни проходил.
Слышал, как ты громко материлась. Вот и решил спросить. У тебя все в порядке?
— Да. То есть, нет. С утра отчим звонил. Просил уступить квартиру своему сыну на время. Потому как, тот решил столицу покорять. А жить ему пока негде. Сказал, раз уж я живу у тебя, то зачем просто так за нее платить. Пусть уж лучше временно Мишаня поживет, пока не найдет себе что-то получше, — под пристальным взглядом Громова, я ковыряю вилкой еду, видимо ищу клад.
— Угу… — задумчиво тянет он, потирая рукой колючий подбородок.
— А ты что на это ответила?"
"— Сказала, что пущу его ненадолго. Хоть и в целях безопасности, но мы ведь все равно пока здесь живем, — поднимаю глаза и смотрю на мужчину в упор, ожидая ответной реакции.
Кому ты врешь, Анна Викторовна?! Если бы ты сама не хотела здесь быть, тебя даже сотня охранников не остановила бы.
— Раз уж ты так решила, — он откидывается на спинку стула и складывает руки на груди.
Может мне, конечно, кажется, но на его лице начинает играть скрытая улыбка.
Это что, какая-то игра? Если да, то в правила меня никто не посвящал.
— Татьяна Петровна, все очень вкусно! Спасибо! — продолжая смотреть на Егора, встаю из-за стола. Беру тарелку в руки и демонстративно иду мимо него, прямиком на кухню.
— На здоровьице, Аннушка! — отвечает мне женщина, когда я ставлю рядом с раковиной.
Если он еще не понял, то я никогда не играю по чужим правила. Я всегда устанавливаю свои.
Так… Что там у меня сегодня по плану? Я страдаю херней. Пойду чекну социальные сети.
Может компромат на Громова найду. Например, пару фоточек с красивыми телочками, в каком-нибудь ночном клубе. Никто ведь не знает, где он был все это время?
Зайдя в спальню, я беру свой телефон, подключаю наушники и ложусь на кровать. Открываю плейлист и нахожу в ней самую сопливо-страдательную песню: «А я тебя короновал. И никому не отдавал. И как умел так радовал. И целовал, целовал, целовал, целовал …». Прикрываю глаза на несколько минут.
