Да и башка должна варить…
– То, что касается заслуг перед миром, – веско заметил Беспалый, – то их можно организовать, а насчет башки можешь не беспокоиться – она у тебя на плечах имеется. А потом, ты будешь не один. Тебя поддержат."
"– И как вы себе все это представляете? Вот, скажем, завтра прибывает Бирюк. По-вашему, я должен идти к нему на поклон?
Беспалый уже не один раз мысленно прокручивал эту ситуацию. Он и сам не представлял, как поведет себя с авторитетным законным. Ведь даже в новой колонии заслуженный вор ничуть не теряет своего могущества, он вполне может приговорить начальника колонии к смерти только за невежливое обращение.
Тимофей Егорович знал такие зоны, где истинными хозяевами были воры в законе, а кумы всего лишь исполняли их волю.
– Первое, что я тебе посоветую, – участливо сказал он, – это не лезть на рожон. Того же самого буду придерживаться и я… Если представится возможность стать другом Бирюка, не отказывайся. Хочу заметить, что это будет трудно, он не каждого подпускает к себе.
Мне известно, что Бирюк очень недоверчив и чрезвычайно осторожен, как старый лис. Но если тебе удастся завоевать его доверие или, если повезет, стать его приятелем, то он поможет увеличить число твоих сторонников. Это потом тебе поможет продвинуться наверх.
А когда ты почувствуешь, что помощь Бирюка тебе уже не нужна, вот тогда-то и надо будет воспользоваться чернухой. Он, говорят, долгое время был правой рукой ленинградского смотрящего, которого убили, а потом и сам стал смотрящим, да не поладил с друганами.
Конфликт у них вышел из-за общака. Ведь касса для вора – такая же святыня, как молельный дом для верующих. Можно будет найти доказательства, что он не один раз запускал в общак свою алчную лапу. Ну так что, договорились?
Мякиш протянул руку для пожатия:
– Договорились.
Глава 35
Бирюк не знал, куда его везут. Похоже было на то, что об этом не догадывались и пятеро офицеров МВД, составлявших его охранное сопровождение.
Это было заметно по их унылым физиономиям, когда они проезжали очередную станцию.
Видимо, начальство не поставило их в известность. Короткий состав, в котором везли осужденного, почти полностью был опломбирован и напоминал литерный эшелон, в котором перевозят сверхсекретную военную технику: днем его загоняли на запасной путь, подступы к которому оберегал взвод молоденьких солдат, а ночью, наверстывая упущенное время, эшелон мчался на предельной скорости.
И только на десятый день пути все прояснилось.
