Лена проворно выскользнула из-под него и прикрыла ему рот ладонью.
– Тихо! А то охрана прибежит – решат, что я тебя тут убиваю…
– Почти убила… – Владислав прижал к себе ее горячее упругое тело и поцеловал в плечо. – Как же ты хороша! – Лучше прочих? – капризно нахмурившись, поинтересовалась рыжекудрая нимфа.
– Одна из лучших в Европе, – улыбнулся Варяг. – Ну что, отдохнем немного? Надо малость прийти в себя!
Он взглянул на часы. Было без пяти два. У него оставалось шесть часов свободного времени. Владислав с сожалением вспомнил о предстоявшей поездке в загородный дом для ветеранов МВД и нахмурился: провести день в обществе рыжей Лены было бы куда желаннее.
Ему оставалось только одно – успеть до рас света насладиться роскошным телом Лены и ее умелыми ласками.
– Хочешь, чтобы я отработала твою штуку баксов по полной программе?
– засмеялась Лена и нащупала под одеялом его вновь набрякший влажный клинок.
– Нет, просто не хочу попусту терять время, отозвался он, зарываясь лицом в рыжий водопад волос. – Чтобы потом не было за него мучительно больно…
На следующий день Владислав отправился в дом ветеранов на вторую встречу со стариком Беспалым.
Ночью его разбудил звонок Закира Большого из Москвы: дагестанский авторитет сообщил смотрящему, что воры, как и договаривались, скинулись и собрали приличную сумму – теперь можно было вплотную заняться поисками денег общака, похищенных с банковских счетов в Андорре. Но Варяг сказал, что немного задержится в Питере, где у него возникло серьезное дело. Какое – он не стал объяснять Закиру, сочтя, что ворам не стоит знать о его встрече с бывшим начальником самого страшного в стране лагеря строгого режима.
Многие воры знали о Североуральской колонии не понаслышке, и тем из них, кто когда-то там парился, например дяде Толе, вряд ли эта встреча понравится.
Варяг оставил на дороге перед домом ветеранов неприметный «опель», который дал ему на время Фи лат, и в одиночестве зашагал к южному флигелю, где располагались «коммерческие» палаты. Владислав нашел Беспалого в палате № 1 – просторной комнате с тремя высокими окнами.
Бармин не соврал – в палате стояли телевизор и холодильник и спальное место представляло собой не железную скрипучую кровать, а мягкую двуспальную софу. Тимофей Егорович сидел в кресле и ждал гостя.
– Спасибо тебе, Владислав, – с довольным видом прохрипел он. – Хоть помру в человеческих условиях. Сегодня ночью думал, дуба дам. Совсем хреново было. Ночную сестру вызывал, укол мне сделала. Ну, садись.
