Поглаживаю сверху, безошибочно угадывая уже набухший от желания клитор даже сквозь тонкие кружева. Нажимаю пальцем, позволяя шершавой ткани добавить толику болезненной пикантности в тонкое блюло звуков, которые Вера беспорядочно бросает с полураскрытых губ. — Так хочешь, что готова на все.
— Заткнись. Червинский! — злится она, но я уже слышал эту злость, и теперь знаю, что с ней делать."
"Кладу ладони ей на грудь, зажимаю соски, потягивая и перекатывая их между шершавыми пальцами, понемногу заставляя Веру тянуться навстречу, пока она не садиться на столе, практически прилипнув ко мне грудью.
Пытается что-то возразить, но я уже сгреб в охапку ее волосы и выразительно толкаю вниз. Темные глаза похотливо блестят, взгляд наполнен вызовом. Думает, беру ее на слабо?
— Давай, моя строптивая, поработай ртом, — ухмыляюсь я.
Мелькает мысль, что это слишком грубо и сейчас вся красота момента полетит к чертовой матери, но адская козочка только стряхивает на пол платье, оставаясь в чулках и трусиках, и тут же беспрекословно подчиняется.
Стоит передо мной на коленях, а когда я выразительно толкаю ее голову, болезненно прикусывая за бок.
— Завтра, Червинский, я тебе за это припомню, — озвучивает свои планы на утро.
— Я постараюсь тебя затрахать до состояния «не могу встать с постели», — предлагаю свой вариант решения проблемы.
Хочу сказать, что в крайнем случае всегда могу привязать ее к батарее, но Вера уже расправилась с ремнем и «молнией», и когда мой член оказывается в ее ладонях, все, о чем я могу думать — надо продержаться.
Хоть десять минут.
Но где-то здесь теряется извечная истина о том, что мужчина любит глазами, так что, когда Молька медленно насаживается ртом на мой член, я вынужденно «срезаю» срок до пары минут. А она, как нарочно, заводит руки за спину, позволяя мне регулировать ритм, надавливая ей на затылок.
Будь моя воля — загнал бы по самые яйца и кончил, и умер к херам собачьим, потому что это будет долбаный рай!
Но вместо этого я жмурюсь до боли в глазах, и пытаюсь контролировать собственные стоны.
Я точно сегодня не жилец.
Пусть и фигурально.
Глава сороковая: Вера
Я никогда не была ханжой в сексе и не отношусь к тем женщинам, которые четырех сексуальных партнеров до тридцати считают концом света. Ну было и было. Я же должна понять, стоит ли мужчина того, чтобы пускать его дальше поцелуев. А в сексе с этим всегда такая лотерея, что проще выиграть миллион в «шесть из шести», чем найти Того Самого Мужчину.
