Сев так, чтобы собравшаяся в складки простыня вместе с длинными черными локонами обрамляла полные груди, она поманила его или, скорее, его возбужденную плоть.
Он придвинулся ближе, ничего не сказав, когда она поласкала его через брюки. Прошло уже много времени с тех пор, как он последний раз навещал Сюзетту, — упущение, вызванное приготовлениями к воцарению Иззи в обществе и последующими балами и приемами.
Он говорил себе, что это его долг — сопровождать Иззи на светские мероприятия. Теперь, однако, Иззи временно поселилась в элегантном городском особняке Селии, зализывая раны и пытаясь определиться с будущим.
Он все еще не сказал Иззи о своем решении, что они непременно, обязательно поженятся. Оказалось, легко убедить себя, что сейчас не время, что чем дольше она проведет в светском вихре сезона, тем охотнее примет его предложение.
Причина его трусости — это то, что привело его сегодня сюда. Печаль и беда Иззи оказали на него гораздо большее воздействие, чем он готов был признать. Он чувствовал, что меняется, а это не то, чего он хочет.
Ему необходимо вспомнить мужчину, которым он был прежде, — мужчину, чье сердце непроницаемо, чьи мотивы безупречны в своем эгоизме."
"Джулиан хотел вернуть того мужчину. Словно почувствовав его невнимание, Сюзетта встала на колени, и простыня соскользнула, обнажая весь арсенал ее прелестей. Она обвила его шею руками и скользнула языком ему между губ, не прикасаясь к ним своими.
Это был плотский поцелуй, откровенно чувственный, такой, который всегда воспламенял его.
До сих пор. Внезапно он показался грубым, почти животным. Джулиан с отвращением отстранился от ее рта.
Скользящими чувственными движениями она отодвинулась от него к дальнему краю постели.
— Иди ко мне, Джулиан.
Он вздрогнул. Она никогда не называла его иначе, как «милорд», иногда — «мой дорогой Эппи». То, что накрашенные губы Сюзетты произносят имя, данное ему Иззи, казалось кощунственным. Он словно вывалялся в грязи.
Эппи — тот человек, которым Джулиан снова хочет стать, не так ли? Джулиан — тот, кто подвержен необъяснимым всплескам щедрости и доброты.
Джулиан — тот, кто рискует своей душой, тот, кто способен любить.
Да, Эппи, определенно тот, кем он должен быть. Испорченный и эгоистичный, не способный ни на какие благородные порывы, невосприимчивый к эмоциональной зависимости любого рода. Эппи может хладнокровно с помощью интриг и обмана жениться на женщине корысти ради.
Глядя на Сюзетту, Джулиан вдруг обнаружил, до чего она манерна.
