Мягко потянув за привязь, она движением плеч сбросила халат вначале с одного плеча, затем с другого, после чего накинула ткань ему на глаза. Он сразу же успокоился, лишь подрагивание мышц выдавало его возбуждение.
Толкнув бедром задвижку нижней половины двери, Иззи ногой распахнула ее и вывела Тристана на конюшенный двор. Здесь его нельзя оставлять. Истории о лошадях, забегающих обратно в горящие стойла, промелькнули у нее в голове. Она, конечно, надеялась, что у него хватит ума не делать этого, но не могла рассчитывать, что все лошади окажутся достаточно умными.
Огороженные пастбища слишком далеко, ей ни за что не успеть отвести их всех туда. Лучше просто отпустить их. Быстро поведя с готовностью идущего за ней коня, она вывела его через ворота в открытое поле. Сняв халат с глаз жеребца, и отцепив пояс, она звонко шлепнула его по здоровому заду и отправила его, испуганно заржавшего, в ночь.
Обернувшись, она увидела, что крыша конюшни дымится сильнее. Надо поспешить.
Джулиан пробирался по наполненному удушающим дымом коридору третьего этажа.
Коридор был узким и темным, а свет от его фонаря не мог пробиться сквозь плотный слой дыма. Он пытался придерживаться своего чувства направления, продвигаясь по бессмысленно петляющему коридору. Он понятия не имел, что помещение для слуг такое неудобное. Краем сознания он сделал мысленную пометку переделать его, когда крыло будет восстанавливаться после пожара. Сейчас же его главной заботой были девочки, находившиеся в одной из комнат."
"Он распахивал каждую дверь, мимо которой проходил, и кричал в темноту.
Продвижение было медленным, но он должен был обнаружить оказавшихся в ловушке детей. Дым сгущался, разъедая глаза и забиваясь в легкие. Мокрая ткань, прикрывавшая нос и рот, немного облегчала дыхание, но от жары грудь была как в огне.
Коридор закончился так неожиданно, что Джулиан едва не ударился о стену. Глаза у него слезились, он увидел, что осталась только одна дверь. Он ворвался в комнату, но там никого не было.
О Боже, нет!
Он не успеет найти их.
Будет уже слишком поздно. Джулиан медленно поворачивался кругом, освещая фонарем комнату. Четыре смятые кровати, стойка с тазом для умывания и кувшином и открытое окно.
Вот что здесь по-другому. В комнате было прохладнее и почти не было дыма, за исключением того, который он впустил из коридора.
Джулиан быстро закрыл дверь, стащив влажную тряпку с лица, и набрал полные легкие воздуха, но глаза по-прежнему слезились, на этот раз от скорби.
