А тот, кто не сможет бежать, считай уже труп…
Только через сутки обессилившие разведчики вошли в Карачанскую чащу. Где их носило эти двадцать четыре часа, сколько раз сбивали со следа погоню, а потом валялись трупами, будучи уверенными, что уже никогда не поднимутся, но как-то поднимались и шли. Протоптанных троп здесь не было, был только лес, через него брели, не видя дороги. На поляне повалились пластом, там их и нашли дозорные, сопроводили на новую базу…
Плакала Лида, повиснув на шее, он даже не помнил откуда она взялась и за что ему эти телячьи нежности – упадок сил был полнейший.
Кошкин бормотал, что ему тоже хочется женской ласки и участия, согласен хоть на пожилую нянечку… Курганов задыхался от смеха, держался за дерево. Новую базу окружили заслонами, где тогда были мины, заминировали подходы. Лес был окружен постами, имелось примитивная сигнализация. Такое ощущение, что стало больше людей, стучали топоры, скрипели лопаты, выворачивая землю. Лида всхлипывала, куда-то вела – он очень надеялся, что не на кладбище.
Несколько раз Шубин приходил в себя, снова проваливался в бесчувствие. Когда проснулся, рядом была Лида, стало хорошо от его прикосновения и он опять отключился.
– Я же не раненый? – удивлялся Глеб, когда приходил в сознание.
– Это упадок сил девушка, – уверяла девушка, отпаивая его какими-то подозрительными зельями. – Просто у человеческого организма есть предел, а вы через него шагнули, вот результат. С твоими товарищами то же самое, но всё в порядке, завтра будут бегать кроссы…
Когда в землянку вошёл полковник Моисеевский, он был уже в норме, начал подниматься, скрипя костями.
Полковник нахмурился:
– Лежать Шубин, это приказ! Завтра ты мне понадобишься в добром здравии, так что сегодня будь добр не отсвечивать.
– С дивизией всё в порядке, Александр Гаврилович? – пробормотал Глеб.
– Дивизия, это громко сказано, но полноценный батальон мы уже наскребём. Пока шли, к нам присоединилась группа батальонного комиссара Ухтомского, без малого семьдесят штыков.
Немцы несколько раз упрашивали их сдаться в плен, но так и не сдались, вырвались с боем из кольца под деревней Чалая, прошли по лесам и теперь они с нами. Умерли тринадцать человек из числа раненых, в основном гангрены – нечем лечить людей, выживают самые крепкие. Думаю пора разжиться у немцев и медикаментами.
– Они в курсе, где находится база?
– Да кто ж их знает, лейтенант!.. Но неделю мы продержимся, а потом уйдём в самую чащу.
