Я не специально.
— Да… — Тимур тоже понижает голос до шёпота.
А у меня так сильно бьётся в рёбра сердце то ли оттого, что шаги мамы всё ближе к кухне, то ли потому, что очень хочется просто пожелать Тимуру спокойной ночи…
— Потуши свечи, пожалуйста, — на одном выдохе шепчу я и успеваю спрятать телефон в кармане штанов до появления мамы на кухне.
Глава 28
Глава 28
Пронизывающий ветер все десять минут дороги бьёт мне в лицо, заставляя то морщиться, то прятать нос в ворот куртки, капюшон которой так и норовит слететь с головы, пока я шагаю по кривым ступенькам к калитке своей дачи.
Да. Я опять здесь. У меня в руках пакет с пледом, а в рюкзаке за спиной — пластиковые контейнеры с едой. После пар я бежала домой, чтобы скорее схватить припрятанный ещё вчера плед и украсть из собственного холодильника немного котлет и макарон. Надеюсь, это будет достойная замена печенью, о котором я вспомнила уже на подъезде к Богудонии.
Когда, если не сегодня? Мама на дежурстве, и мне можно не опасаться засветиться с такой ношей.
Правда, я всё равно нервно оглядываюсь по сторонам, прежде чем сверху опустить руку за калитку, отодвинуть защёлку и проскочить внутрь двора.
И всё-таки без тёплых лучей солнца и яркой зелени сад нашей дачи выглядит пугающе. Всё серо-чёрное, а корявые ветки деревьев жутковато раскачиваются на ветру.
Перед тем как войти на веранду, я осторожно стучусь в её дверь. Даже не ради ответа, а для приличия, и только потом переступаю порог. А внутри никого. Тимура здесь нет. Я встревоженно оглядываюсь: пустая пачка печенья на столе, разбросаны вилки и ложки, скомканные пледы на кровати и потушенные свечи на полу и подоконнике.
Да и телефон Горина преспокойно лежит там же. Значит, Тимур где-то здесь. Возможно, вышел за водой или в магазин.
Вздохнув, ещё раз оглядываю устроенный Тимуром срач и кладу пакет с рюкзаком на стул, а сама принимаюсь убирать свечи. Прячу их в шкаф, мусор складываю в отдельный пакет, найденный в одном из кухонных ящиков, столовые приборы аккуратно складываю на столе.
— Ты приехала? — раздаётся хриплое за моей спиной.
Сердце подпрыгивает в груди, а я вздрагиваю. Оборачиваюсь на голос Тимура сразу же. И то, что я вижу перед глазами, вынуждает меня замереть и приоткрыть рот.
Передо мной полуголый Тимур. Стоит, расправив широкие плечи и подперев руками бока. На нём одни чёрные боксеры и больше ничего. Ну и ещё серьга в левом ухе. Я вижу длинные, подкачанные ноги и каждую татуировку на теле Тимура.
