Я вижу ее третью жертву не взрослой женщиной, а рыжей девчонкой с серыми глазами, улыбающейся мне над партой, когда я тянусь за упавшим куском мела.
Сергей Бабкин отрывает голову от подушки, оглядывается – и сон слетает с него. Он вскакивает, кидается в ванную комнату, уже заранее зная, что жены там нет.
Все это происходит одновременно. Все всегда происходит одновременно.
Я пишу уравнение на доске, оборачиваюсь – и ловлю восторженный взгляд с первой парты.
Сергей Бабкин сжимает в кулаке Машину записку.
Я вижу, как пальцы Рогозиной обхватывают ножницы, как рыжая девочка протягивает мне мел и как Сергей, вместо того чтобы мчаться сюда, бежит в другой номер, где его друг только что понял свою ошибку.
– Маша у тебя?
Бабкин видит силуэт за спиной друга и на него накатывает облегчение. Ровно на одну секунду – пока он не осознает, что это не его жена.
– Она была здесь? Была?
Он трясет Макара за плечи, он кричит на него, как будто тот виноват, что Маша пропала.
– Нет! Серега, она не звонила и не заходила!
– О, твою мать!.
.
– Что?
– Быстро, быстро!
Топот ног, отчаянная брань, за которой скрывают страх. Им не успеть. Ни тот, ни другой не знают, где Маша. Ее муж ведет их в другую сторону и прибежит сюда на крик, когда будет уже поздно.
– При чем здесь Лосина! – Маша делает еще шаг навстречу Рогозиной – навстречу ножницам, втыкающимся в ее горло. – Я не про Анжелу!
– Отвали от меня!
– Ты убила Юльку Зинчук!
Ухмылка Рогозиной похожа на оскал.
Наконец-то она может сказать это вслух:
– Зинчук сама напросилась!
В ее выкрике такой заряд неистовой злобы, что Маша останавливается.
Света больше не притворяется, что ей весело.
– Сама напросилась! – повторяет она с мрачным удовлетворением. – Думаешь, я стала бы смотреть, как она расхаживает здесь, изображая меня? Мыть за вами дерьмо, драить раковины – и молчать? Ты правда так думаешь?
На какой-то момент она снова всесильна. Из оплывшей тетки проглядывает юная девчонка, свободная от любой власти, кроме власти своих желаний.
Глаза ее горят, она вновь здесь самая главная. Кто ты такая, Маша Елина? Слабачка, трусиха! Но лучше уж такой зритель, чем никакого.
– Эта дура до последнего не понимала, что ее ждет. – Рогозина осуждающе качает головой. – Даже не сообразила, что у меня есть ключи от всех номеров!
– Тебя поймают, – убежденно говорит Маша. – Зря ты это сделала, Света.
И тут Рогозину прорывает окончательно.
