Она мимоходом вспомнила следователя, но отбросила идею поделиться сведениями с ним. Очень уж противный! Мотя не собиралась ему доверять. Но кому, кому рассказать?
Елина?
Мотя помрачнела. А вот и третья причина, почему ей нельзя уезжать. До тех пор, пока она не поговорит с Машкой Елиной…
«Но ты можешь сделать это потом!»
«Потом я этого точно никогда не сделаю! Либо сейчас – либо никогда!»
Мотя запыхтела от раздирающих ее противоречивых мыслей. «Беги!» – «Поговори с Елиной!» – «Сейчас же!» – «Нет, сперва позвони Валерке и все расскажи ему!» – «Ты не можешь!» – «Ты не смеешь уехать!» – «Пока ты не рассказала ей, ты должна остаться здесь!» – «Но тебя убьют!»
– Никто меня не убьет, – твердо сказала Мотя и поднялась.
Две пожилые тетушки за соседним столиком изумленно вытаращились на нее.
– Никто меня не убьет, ясно? – повторила покрасневшая Матильда и пошла к выходу, не забыв захватить напоследок кусочек сыра.
3План был прост. Так сказал Илюшин. Илюшин всегда это говорил, и каждый раз Бабкина охватывали недобрые предчувствия, потому что по собственному опыту он знал: хочешь максимально усложнить предстоящее дело – скажи, что оно простое.
– Нам нужно найти Юлию Зинчук, – обозначил задачу Макар. – И поднести ее на блюдечке следователю. Дальше пусть он сам разбирается, соответствуют ли ее отпечатки найденным на ноже.
– Это если они есть.
– Даже если нет, у него появится предмет для размышлений. У Зинчук имеется мотив…
– …о котором мы не знаем, – немедленно дополнил Бабкин.
– …и возможность!
– …о которой нам тоже ничего не известно! И, кстати, даже этого недостаточно для обвинения.
– А нам и не требуется никого обвинять, – заявил на это Илюшин, легкомысленно помахивая блокнотом. – Нам нужно переключить фокус внимания следователя с твоей жены на нового персонажа. Не говори мне, что это сложно!
– С учетом того, что мы не знаем ни персонажа, ни мотива? Скажу!
– Значит, надо вычислить Зинчук и разузнать у бывших одноклассниц твоей жены, чем ей насолила Рогозина много лет назад.
Сергей только головой покачал. Он отказывался понимать, как можно расследовать дело, не собирая улики, не анализируя все обстоятельства произошедшего…
– Считай, что мы просто опрашиваем свидетелей, – успокоил его Макар.
– И даже этого мы не имеем права делать, – недовольно пробормотал Бабкин. Но последовал за другом, поскольку выбора ему не предоставили.
Машу закрыли в номере, несмотря на ее протесты.
