– Она задела в Макаре самые чувствительные струны души. Он готов жениться.
– Демоническая тетка! – Илюшин удовлетворенно потер руки. – Тютелька в тютельку подходит на роль убийцы.
– Пока на роль убийцы подхожу я!
– Не льсти себе, Мария.
Она хмыкнула. Является ли оскорблением его уверенность, что она не способна нанести человеку шестнадцать ножевых ранений?
Бабкин встал и потянулся, покрутил головой, разминая шею. «Как мы до ужаса обыденно себя ведем, – подумала Маша. – Рогозина мертва. Я нашла ее тело восемь часов назад.
Такое чувство, будто прошло двое суток, не меньше. Но меня по-прежнему поражает не столько ее смерть, сколько тот факт, что одна из нас ее убила. Не то чтобы это не укладывалось в голове – ровно наоборот. Я могу представить каждую из бывших одноклассниц на этом месте. Включая себя, несмотря на всю уверенность Макара в обратном».
Она налила очередную порцию волшебного илюшинского чая, горького как хина. Спать не хотелось, непонятно, от чая или нет.
Невозможно представить, что она ляжет в кровать, обнимет мужа и спокойно заснет.
– Серега, покажи мне свой блокнот, – попросил Макар.
– Держи. Что ты хочешь там найти?
Илюшин быстро перелистал первые страницы.
– Подтверждение своей догадке, кто убил Рогозину.
Маша поперхнулась чаем. Бабкин так и застыл с поднятой рукой.
– Ты шутишь, – откашлявшись, выдохнула она. – Сережа, он же шутит?
Бабкин молчал и озадаченно рассматривал Макара. С одной стороны, невозможно за час вычислить убийцу, выслушав от свидетеля пересказ событий.
Так только в книжках бывает, да и то в таких, которые в наше время уже не печатают – читатели засмеют.
С другой стороны, это же Илюшин…
Макар редко основывался на фактах. Нет, он принимал их в расчет, но, обладая обостренной интуицией, больше полагался на нее. В двух случаях из десяти это приводило к ошибкам. В остальных восьми – к верному ответу.
Он замечал не то, что видели все остальные. Если бы Бабкину и Макару раздали по блокноту и попросили описать одно и то же событие, происходившее на их глазах, записи получились бы кардинально разными.
Сергей описывал, что люди делают.
Макар описывал, что они при этом чувствуют.
При этом психологию он считал лженаукой и никогда не мог или не желал объяснить, на чем основывает свои выводы."
"Сергей, бывший оперативник, всегда плясал от фактов. Он вообще не очень хорошо осознавал, что такое интуиция и как она работает.
