Это весьма приличная сумма, и я искренне сомневаюсь, что Артём-старший так уж сильно обогнал своего сыночка. Впрочем, студентке-вертихвостке невдомек, что будущее в этой семье явно за сыном, а не за отцом.
— Вот и замечательно, что богаче! — фыркаю в ответ. — Наслаждайся, пока из разных мест не повылазило! Я не претендую… А на моего только посмей еще хоть раз взглянуть! Быстро научу, как надо Родину любить, и мой урок запомнишь надолго!
Снежана одаривает меня взглядом из разряда: «Пошла на три буквы!» — и уходит, хорошенько хлопнув дверью.
Куда только делось ее напускное дружелюбие...
Еще некоторое время остаюсь в блаженной тишине, нарочито медленно мою руки, вытираю, накладываю на губы свежий слой помады. Выхожу в коридор, лишь немного успокоившись.
Когда прохожу мимо какого-то подсобного помещения, из темноты проема вдруг выскакивает Энгрин-старший. Он больно хватает меня за руку, тащит в пустую комнату и закрывает дверь.
Клацает выключатель, загорается яркий свет. Я, невольно щурясь, почти кричу:
— Отпустите!
— Заткнись! — рычит он.
— Что ты наговорила Снежане? Почему она такая злая? Ну? Отвечай! Ты рассказала ей про наше прошлое?!
— Я ничего ей не говорила!
Пытаюсь выдернуть руку, но Энгрин, как и во время нашей прошлой встречи, лишь сильнее сжимает мое запястье.
— Точно не говорила?!
— Не говорила! Клянусь…
Он резко выдыхает, шипит мне в лицо:
— Даже рта раскрыть не смей, я запрещаю! Это моя женщина, и я не позволю тебе ничего испортить!
Я невольно морщусь, меня всю передергивает.
Этот мужчина в очередной раз купил любовь молоденькой девушки и думает, в его отношениях есть что портить. Наивная душа! Избалованная, эгоистичная, жестокая душа…
— Если не отпустите, я расскажу вашему сыну, что вы ко мне приставали! — рычу ему в лицо, прямо как он секундой раньше.
Энгрин-старший резко разжимает пальцы:
— Я тебе сделал хорошо, девочка! И ты мне отношения с сыном не порть!
От такой наглости у меня лезут на лоб глаза:
— Когда это вы мне сделали хорошо?
— Думаешь, я не вижу, что ты с ним счастлива?!
— Не ваше дело!
Он зло усмехается.
— Я сделал тебе хорошо! И ты за это поможешь мне наладить отношения с Артёмом, ясно тебе?
От его последних слов мне хочется смеяться в голос.
— Лесом сходить не хотите ли? — мягко так интересуюсь.
— Чего?
— Шиш вам без масла, вот чего! И только посмейте еще раз меня тронуть, я подниму такую шумиху, не обрадуетесь…
Его глаза превращаются в щелки.
— Стерва!
— Еще какая! — фырчу в ответ.
