Он похлопал приятеля по плечу:
— Я сразу сообщу тебе обо всем, что выясню.
Выйдя из дома и сев в экипаж, Рис задумался над положением Трэвиса и пожалел, что не имеет возможности ознакомиться с содержанием дневника. Предателей в этой стране вешали. Нельзя допустить, чтобы подобное случилось с его другом.
Из дома Трэвиса Рис направился на Треднидл-стрит, в контору детектива Чейза Моргана. После покушения на жизнь Элизабет Морган утроил свои усилия по сбору информации о Мейсоне и Френсис Холлоуэй. Рис хотел обсудить результаты его расследования.
— Есть ли претензии к охране дома? — справился детектив, когда Рис сел за стол напротив него.
— Пока нет. Полагаю, вы этим людям доверяете.
— Большинство из них я знаю много лет, и каждый заслуживает доверия. Один из тех, кто несет охрану внутри дома, Джек Монтегю, возглавляет мой отдел безопасности и прекрасно знает свою работу.
Рис кивнул:
— Я разговаривал с ним перед отъездом и, естественно, никуда не уехал бы, если бы не был уверен в его профессионализме. — Сверля Моргана пристальным взглядом, Рис нетерпеливо поерзал в кресле.
— Что насчет Холлоуэя? Что еще удалось вам узнать?
— К несчастью, не так много. Пара слуг в Олдридж-Парке сказали: с леди Олдридж действительно творилось что-то неладное, но что именно, они не знают и не имеют представления о том, что было тому причиной.
— Другими словами, у нас по-прежнему нет никаких доказательств."
"— Пока нет. — Морган откинулся на спинку кресла. — Еще я разговаривал с адвокатом покойного лорда Олдриджа — Милтоном Брайсом.
Судя по всему, граф собирался изменить завещание и оставить все, не относящееся к неотчуждаемой части графского наследства, своему брату.
Рис нахмурился:
— Непонятно. Его наследник — Джеред. Почему он решил изменить завещание?
— По словам Брайса, у Олдриджа были очень натянутые отношения с женой, они почти не разговаривали. Сын, которого она родила, тоже не принес ему радости. А Мейсон и Френсис были ему преданы. Полагаю, что для него это имело значение.
Опустив глаза, Рис с удивлением обнаружил, что его руки сжались в кулаки.
Мальчик был милый и ласковый, за его робостью скрывался живой ум. Рис не понимал, как такой ребенок мог чем-то разочаровать Олдриджа.
— Тогда неудивительно, что Мейсон охотится за наследством мальчика, — заметил Рис. — Он считает его своим.
— Но это противоречит закону. Завещание осталось без изменений. Мальчик унаследовал все.
— Только если Мейсону не удастся добиться своего, — уточнил Рис.
Морган промолчал.
