— Позвольте представить моего сына. Джеред, граф Олдридж.
Водянистые голубые глаза пожилой женщины сосредоточились на мальчике. Разглядывая его, она вскинула седую бровь.
— Добрый день, лорд Олдридж.
— Добрый день… миледи, — ответил Джеред, как его учили.
Вдова переключила внимание на Элизабет.
— Не нальете нам чая, леди Олдридж?
Элизабет исполнила просьбу, разлив чай по чашкам. Джеред тем временем нервно уселся в одно из пухлых кресел с такой же цветочной обивкой, как и диван. Передав чашку леди Тависток, Элизабет протянула сыну маленький стакан с фруктовым пуншем и белую полотняную салфетку.
— Здесь есть сладкие пирожные, — обратилась к нему леди Тависток. — Ты ведь любишь пирожные, мальчик?
Он кивнул, но руки к сладкому не протянул. Элизабет положила несколько пирожных на фарфоровую тарелку и поставила на столик рядом с его креслом. Маленькая ручка тотчас взяла одно из лакомств и поднесла ко рту. Ел он неторопливо, откусывая по маленькому кусочку.
— Мальчик не очень разговорчив, правда?
— Он немножко стесняется.
С возрастом это пройдет.
Хотя в этом Элизабет сомневалась. Джеред был не просто молчаливым ребенком, он был замкнутым, и это сильно ее беспокоило.
Леди Тависток, похоже, это сразу поняла.
— Чем тебе нравится заниматься, мальчик? — уставилась она на него сверлящим взглядом. — Когда ты свободен от учебы.
Последний кусочек пирожного как будто застрял у него в горле. Джеред взглянул на мать, словно прося о помощи.
— Джереду нравится…
— Я спросила не вас… я спросила мальчика.
Он покраснел, и Элизабет стало жалко сына.
— Бьюсь об заклад, что тебе нравятся лошади. — Жесткий тон леди Тависток смягчился.
Джеред поднял на нее глаза, увидел ее улыбку, и робость его как будто немного отступила.
— Я люблю лошадок. У лорда Риса есть в стойле самая красивая лошадка на свете. Ее зовут Старлайт. У нее на лбу звезда, и у нее скоро родится малыш.
Элизабет с трудом верила ушам. Джеред никогда не говорил так много, тем более постороннему человеку.
— Правда? — удивилась вдова.
— Может быть, мы завтра найдем время и прогуляемся вместе, и ты покажешь мне лошадку Риса?"
"— У него их много, — продолжал Джеред. — У него есть еще большой рыжий жеребец. Он очень быстро бегает.
Леди Тависток стрельнула в Элизабет взглядом.
— Ты славный мальчик, Джеред.
Потом они почти не разговаривали, пока Джеред доедал пирожное и допивал фруктовый пунш, после чего попросил разрешения уйти. Леди Тависток не стала его задерживать.
