Ворча, Рис взял трость, пересек спальню и, рывком распахнув дверь, обнаружил в коридоре Тима Дэниелса.
— В чем дело, парень? Хочешь весь дом перебудить?
В свете масляной лампы, которую Тим держал над головой, его рыжие вихры пламенели огнем.
— Срочное дело, сэр. Там внизу женщина, сэр. Она сказала, что должна с вами увидеться. Говорит, дело не терпит отсрочки.
— Уже далеко за полночь. Какого дьявола женщине понадобилось со мной встречаться в этот час ночи?
— Не могу знать, сэр. Она с сыном, и, похоже, ей плохо.
От дурного предчувствия у Риса по спине поползли мурашки.
Два дня назад он встретил Элизабет с сыном. Хотя вряд ли ночная гостья имеет к ней отношение. Но в совпадения он не верил.
— Скажи ей, что я спущусь, как только оденусь.
— Слушаюсь, сэр."
"Тимоти исчез, и Рис вернулся к шкафу. Безотчетно массируя ногу, он выбрал пару черных брюк и белую батистовую рубашку, присел на кровать и оделся. Когда заправлял рубашку, ощутил, как ногу прострелило болью. С тех пор как он получил заряд шрапнели в Инкермане, нога почти не гнулась, но когда он начинал ходить, постепенно разрабатывалась.
Правда, сейчас чертова нога казалась свинцовой кочергой, присоединенной к его телу.
Но Рис старался не обращать на нее внимания. Одевшись, он спустился вниз, гадая по дороге, что за проблема ждет его в середине ночи.
Внизу он обнаружил своего высокого, сухощавого, весьма респектабельного вида дворецкого рядом с женщиной в черном.
Время, казалось, замедлило свой бег. Он узнал эти тонкие черты, бледную кожу, волосы цвета вороного крыла, идеально очерченные брови и губы цвета розы.
Его память наводнили образы. Элизабет в саду своего дома несется со смехом с ним наперегонки к бельведеру. Элизабет в его объятиях кружится в бальном зале. Элизабет на террасе, ее пальцы скользят по его волосам, а губы у нее мягкие и податливые.
Расправив плечи, он твердо встретил ее взгляд.
— Вас сюда не приглашали.
Когда она шагнула к нему, он заметил, что ее бьет дрожь, хотя движения оставались такими же грациозными и женственными, как прежде.
Маленькая женщина, никогда не казавшаяся маленькой.
— Мне нужно поговорить с вами, милорд. Это безотлагательно.
Он не привык к такому обращению, и оно его покоробило. «Майор» импонировало ему больше. Он хотел сказать ей, что у него нет времени на женщину столь низкую, как она, но тут он увидел, что Элизабет не одна. Рядом с мальчиком, ее сыном, которого Рис видел в деревне, стояла седоволосая женщина.
— Пожалуйста, милорд.
— Проходите.
